Дочь моего врага 2

Она даже не отреагировала на то, что оказалась на свежем воздухе. Скорее всего, впервые за последние два дня. Бросив последний взгляд на пещеру, Роман усилием воли заставил себя развернуться. Он чувствовал, что в эту самую минуту дает похитителю шанс скрыться и замести следы преступления. Но иного выхода нет. Если Юля погибнет на его руках, альфа никогда себе этого не простит.

Роман применил частичную трансформацию и перешел на бег. В таком пограничном состоянии он был быстр, как волк, но сохранял разум и функции человеческого тела.

Он бежал изо всех сил. Помочь ей смогут только в замке Высших. Именно там есть врачи, у которых руки растут откуда надо. Вскоре Роман поймал себя на мысли, что, несмотря на быстрый бег, он сосредоточен на дыхании девушки. Неровное, рваное, короткое. С ней что-то не так.

— Рома… — раздался тихий стон. Альфа едва не споткнулся. Застыл, изумленно посмотрев на девушку в своих руках. Неужели она приходит в себя?

Веки все также приоткрыты, взгляд, уже более-менее осознанный, устремлен в голубое небо.

Она не смотрела на него, но бледные обескровленные губы тронула улыбка. Роман с наслаждением смотрел на эту легкую, нежную улыбку, но она вдруг резко погасла. Выражение девичьего лица стало серьезным, болезненно напряженным.

Ноздри защекотал едва уловимый, но все же ощутимый горько-сладкий запах. Сначала Роман не понял, откуда он доносится, но вскоре осознал: от Юли, а точнее, от ее лица. Склонившись, Манкулов начал осторожно обнюхивать лицо девушки.

Может, ему показалось? Запах почти испарился, остались лишь его призрачные остатки.

Вот! Губы. Ее губы источали этот странный, чужой, склизкий, но какой-то по-своему знакомый запах. Роман мог бы поклясться, что он принадлежал мужчине. Оборотню. Стоило только склониться, втянуть ощутить на кончике языка запаха чужака, как он…испарился. Последняя капля его источника, который и так был близок к исчезновению, окончательно испарился. Теперь остался лишь призрак запаха, его неуловимое присутствие.

Выдклить из этих остатков тот самый аромат будет невозможно, поэтому Роман постарался запечатлеть в памяти все нюансы на миг учуянного оборотня. Сомнений не было: это похититель оставил на Юле свои следы. При мысли о том, что этот мерзавец мог делать с ее губами, Роман не смог сдержать волка и издал грозное, яростное рычание.

— Я так люблю тебя, — прошептала Юля бледными губами, возвращая Манкулова в чувство.

Сердце пропустило удар.