Дочь моего врага 2

 — Ты очнулась! — она с размаха села на кровать, заставив меня подпрыгнуть на постели. А-а-а! Тело пронзила боль, я застонала. — Я-то уж думала, ты проспишь и этот день! — мама даже не думала снижать тональность голоса.

— Прошу, аккуратнее! — взмолилась я, хоть язык и плохо слушался. — Мама, мне больно!

— Ох, какие мы нежные! — всплеснула руками она, смотря на меня с недовольством. — Когда Романа звала без конца, плохо тебе не было, а стоило родной маме рядом присесть, так сразу расхворалась.

— Что? — я опешила от ее слов.

 — Звала Романа? — я вновь захотела провалиться в небытие. Боже мой, неужели я и вправду звала Манкулова? Кто слышал это? Захотелось провалиться сквозь землю от стыда.

— Это он похитил тебя? — мама хищно прищурилась и сжала мою руку.

— Что? Нет! — уверенно заявила я. Неожиданно на меня обрушились все события последних дней. Бал, драка, похищение, бункер, моя истерика, попытка напасть на похитителя, который многократно оказался сильнее и ловчее меня. И забвение, прерываемое лишь редкими вспышками сознания.

Все навалилось на плечи непосильной ношей, затмило собой физическую боль. Как же я спаслась? Отчетливо помню и возвращение похитителя, и удар головой о стену, и его слова о том, что через меня он отомстит Роману. Но как я оказалась…а, собственно, где я нахожусь? Этот вопрос я озвучила матери.

— Ты в замке Высших, — ответила она сдержанно, сложив руки на коленях. — Нужно сообщить отцу о том, что ты пришла в себя. Юля, я прошу тебя, — поджала губы она, подбирая слова.

Не часто можно увидеть маму такой нервной и растерянной, будто ей некомфортно говорить мне о чем-то. — Не упоминай при отце Романа Манкулова. Говори, что ничего о нем не помнишь, даже если это не так. Я не знаю, что происходит между тобой и этим…совсем уже не мальчишкой, но ничем хорошим это увлечение не закончится. Забудь его, — с нажимом произнесла она.

— Мама, неужели только это тебя волнует? — произнесла я с болью в голосе. — Ты даже не спросила, как я себя чувствую!

— Если ты не прекратишь свои странные отношения с Манкуловым, то твое здоровье окажется под огромным вопросом, — произнесла она странную фразу.

 — Дочь, ты не понимаешь меня, считаешь меня черствой, но поверь: я очень переживаю за тебя. Твой отец все сильнее сердится. Если ты не перестанешь сближаться с этим мужчиной, то, я боюсь, он отречется от тебя, — произнесла она с искренним ужасом в голосе. Эта ситуация волновала ее даже сильнее, чем мое похищение и состояние моего здоровья.