Лора пригляделась внимательнее: колдун святости стоял, покачиваясь, кровь текла по его лицу, а Лиам заносил меч для последнего удара… Голова Лазаря отделилась от туловища и покатилась по изрытой земле, а затем тело поверженного мага тяжело рухнуло вниз.
Варлаки разобрались практически со всеми воинами-раббатами, но некоторым всё же удалось бежать. Клирики гнали коней безо всякой пощады, вгоняя шпоры в бога животных.
Но всё, что было внизу, интересовало Лоерею меньше всего, куда важнее была её ноша. Надо поспешить, потому как люди висящие и цепляющиеся за верёвки, которыми обвязали короб снаружи, могли замёрзнуть и не добраться до земель Йорков живыми.
Лиам, отерев меч об мёртвого противника, вскинул голову, услышав скрип.
– Да уж, незабываемое зрелище, – протянул он.
– Р-ра? – рядом с ним замер с окровавленной пастью Чёрный. Зверь чуть склонил корпус к земле, предлагая Лиаму сесть на него верхом.
– Никогда бы не подумал, что мне посчастливится оседлать такого могучего зверя, грозу Заворожённого леса, – выдохнул он, медленно подошёл к хищнику и, осторожно погладив мощную шею, всё же решился и залез на спину животному, устроившись между острыми костяными отростками, что росли вдоль позвоночника Чёрного.
Варлак, одобрительно рыкнув, не стал более медлить и резво сорвался с места, широкими прыжками удаляясь всё дальше от поляны и Болтонской святости.
Глава 44
Я положила голову на стол, прижавшись щекой к прохладной столешнице, и мечтала только об одном – отправиться спать.
Мысли вяло перетекали от левого уха к правому и обратно, один важный вопрос неспешно сменял другой.
Лиам Кенсингтон – чудовище. Иной раз я хотела его возненавидеть. Он буквально насел на меня и не отпускал начиная с раннего утра, когда приличные люди всё ещё спят, заканчивая поздним вечером. Но, нужно отдать ему должное, он хотя бы давал мне поесть.
Первую неделю у меня беспощадно горели каналы, даже во сне. Те упражнения, что давал наставник, были однообразными (скукотища!) и изнуряющими.
И если сначала выпустить ману было не так уж и сложно и даже почти не больно, то когда он заставил меня втягивать всё обратно, это была сущая пытка. И так до бесконечности: прогнать энергию до кончиков пальцев, резко притормозить и потащить её назад. Я думала, что легче не станет никогда. Хорошо, что ошиблась. Со временем всё же попривыкла и уже не скрежетала зубами, дальше больше – разбуди меня глубокой ночью, мигом прогоню ману, ни на секунду не задумавшись.
