Дочь от бывшего мужа

Тем более что у меня будут рычаги, которые можно дернуть, — оскаливается Чернов, пугая подоспевшую к нашему столику девочку с подносом.

— Закатал бы ты губу, пока тебе ее не отдавили.

Дальше мы с Черновым беремся за свои стейки, он рассказывает истории из своего богатого опыта, от которых у меня волосы шевелятся и вторая половина от моего добротного куска мяса уже не лезет.

Например, как муж заставил свою жену рожать дома и сам решил поиграть в хирурга, когда понял, что естественным путем ребенок не вылезет.

— Тох…

Чернов отлипает от телефона, смотрит на меня пару слишком долгих напряженных секунд, а потом поворачивает экран ко мне.

Я читаю заголовок статьи и чувствую, как во мне зарождается желание сжать в руках одну тонкую женскую шею.

Глава 18

Даша

— Маленький, почему у тебя мама такая дура? — я играю с маленькими лапками Еськи, сидя на полу рядом с ее кроваткой.

Антон ушел куда-то, а я после пары часов сна на мягком, в отличие от дивана, матрасе очнулась в какой-то странной комнате, поймав себя на том, что пускаю слюни на чужую подушку.

Его подушку, как потом оказалось.

Я не знаю, зачем он это сделал. Зачем принес меня в свою спальню. До моей там оставалось всего несколько метров, и вряд ли Антон настолько устал, что не смог преодолеть это расстояние.

— Есть хочешь? — замечаю, как Еся начинает причмокивать и тянет пальцы в рот.

Приготовления бутылочки для дочери совершенно не помогают отвлечься.

Сначала я думала о том, зачем позволила Антону подобраться так близко к себе. После гадала, что эта ночь значила для него. И, наконец, пыталась понять, как мне вообще вести себя дальше рядом с ним.

С мужчиной, который теперь по какому-то странному стечению обстоятельств является моим мужем. Снова.

Я до сих пор не могу поверить в то, что Антон провернул все это за моей спиной.

Почему он выбрал не ее?

Маленькой наивной девочке внутри меня хочется верить, что это не просто так.

Вот только девочка эта давно посажена за колючую проволоку, там ей самое место.

Бутылочка у меня в рука дергается, и я нечаянно заливаю Еське щеку смесью, когда звучит мелодия дверного звонка.