Все мы через это проходили.
– Узнаю, как там кадет Лейс, и сразу вернусь, – сурово пообещал будущий целитель.
Едва за ним закрылась дверь, Ярс бросился к широкому подоконнику и сдвинул на противоположный край забытые кем-то папки с делами кадетов.
– Как ты, Дейрон? – спросил он, одновременно совершая загадочные манипуляции руками: разводил их в стороны, будто раздвигал невидимые шторы.
Воздух рядом с руками Ярса задрожал, искажая предметы, а подоконник, перед которым он это проделывал, словно удалялся, отъезжая назад.
– Н-нормально, – пролепетала я. – А что ты делаешь?
– Угадай!
Я от всего сердца была благодарна Ярсу за ледяной кинжал, не раз выручивший всех нас на полосе препятствий, но порой этот парень просто невозможный балбес. Почему нельзя оставаться серьезным!
– Он делает пространственный карман, – ответил за него Тайлер. – Помнишь, я тебе говорил, что Ярс – пространственник.
– О, так ты тоже трепался обо мне за моей спиной! – подколол его Ярс.
Тай сжал челюсти и заиграл желваками.
– Парни, давайте оставим ваши разборки на потом, – миролюбиво предложил Хоффман.
Он всегда был такой спокойный, огромный, как гора. И слегка занудный. Я до сих пор не понимала, зачем Тайлер его притащил, но посредник между этими двумя горячими головами точно не помешает.
– Готово, – сказал Ярс. – Давай, Дерек, твоя очередь.
Заинтригованная, я перевела взгляд на Хоффмана, которого, оказывается, звали Дерек. Что же, приятно познакомиться. Третий эфор также проделал странный жест: обвел правой рукой круг.
Но на этот раз я догадалась сама: мейстер Шоах, наш преподаватель истории, именно так создавал каверну времени.
Тайлер без лишних разговоров подхватил меня на руки и шагнул в потемневшее пространство к подоконнику. Снаружи оно выглядело вполне обычно, а вот изнутри мы будто очутились в огромном пустом пузыре, где был лишь подоконник, который тянулся и тянулся, постепенно размываясь и теряясь вдали. Койка в палате, стеклянные шкафчики и тумба, Ярс и Хоффман перенеслись далеко-далеко.
Я видела крошечные фигурки, а они нас и вовсе видеть не могли."
"Тайлер усадил меня на подоконник – больше некуда – и встал рядом, оперев руки по обе стороны от меня. Мы очутились на одной высоте, нос к носу, глаза в глаза. «Если бы он захотел меня поцеловать, – не к месту подумалось мне, – это оказалось бы теперь очень удобно!»
Но Тайлер не собирался меня целовать.
– Рассказывай все, что произошло! Подробно! У нас сколько угодно времени – не торопись.
