— Владимир Борисович у себя? — словно выплюнув имя папы, спрашивает Артем."
"Мама пораженно смотрит на зятя и кивает. Артем снова хватает меня за руку, тянет за собой. Я сердито вырываюсь и встаю с кресла, иду за ним по широкому коридору в кабинет папы. Артем не стучит, просто открывает дверь и входит, где его манеры, я просто в шоке.
— Артем? — слышу удивление в голосе папы, — Рита? Вы, почему здесь?
Артем ждет, пока я войду, и закрывает дверь кабинета перед лицом моей мамы.
Папа хмурится, но молчит. Он, как и я не понимает, что происходит. Мой муж усаживается в широкое кожаное кресло напротив стола папы, а я на такой же диван из черной кожи. Мне всегда нравился папин кабинет с его громоздкой богатой мебелью, широким столом из красного дерева. На противоположной от дивана стене изящный шкаф, заполненный бумагами и книгами. На полу красный шелковый ковер, на окнах тяжелые бархатные портьеры. Здесь все было пропитано властью и достатком, кабинет был олицетворением моего отца.
— Слушаю, — папа садится, сложив руки на столе. В кабинет тихонько просачивается мама и садится рядом со мной. Берет в руки мои ледяные ладошки, хмурится, сжимает их, пытаясь согреть.
— Николай Михайлович Нефедов, — произносит Артем, и я вижу, как с лица папы сходят все краски. Раскрываю широко глаза, не может быть! Мой папа никогда так не выглядел: лицо за секунду стало бело-серым, в глазах появилась какая-то ненависть.
— Это имя мне знакомо, — произносит папа, поджав губы.
— Я хочу услышать ответ, почему пятнадцать лет назад вы бросили своего друга, прибрав к рукам его бизнес. Так же вы отобрали у его семьи все, в том числе дом, деньги, выгнали на улицу.
— Николай вложил все деньги в ненадежный проект, занял у меня на его развитие, он все потерял. В этом только его вина, — пытается оправдаться папа. Я перевожу взгляд с отца на мужа, начиная догадываться, кто перед нами, — Какое отношение к Нефедову имеешь ты?
— Я — сын Николая Нефедова и я был в том кабинете, когда мой отец покончил собой.
Выстрелил себе в висок на глазах у сына.
Я охаю, прикрыв ладонью рот, мама рядом тоже становится такой же белой как отец.
— У вас разные фамилии, — с шумом выдыхая, говорит папа.
— У меня фамилия матери, — тут же отзывается Артем.
