Выдохнув, мужчина жестко смял пухлые губы, а после выпрямился и зафиксировав бедра Лии руками, толкнулся в неё на всю глубину. Пронзительный крик её удовольствия хлестнул по нервным окончаниям и едва не зарычав, мужчина задвигался между истекающих влагой узких стенок. Ритмично, часто, уже через несколько секунд с ликующим восторгом наблюдая за тем, как Лия выгнулась и схватилась руками за края стола, а её плоть сжалась вокруг его члена. Крепко, будто тисками, выжимая из него самого хриплые стоны. Не останавливаясь, мужчина продолжал брать её, потому что хотел этого отчаянно долго.
С самой первой встречи, когда Лия едва не упала, а он поймал её и прижал к себе, уже тогда подумав о том, как это было бы если бы он трахнул её. С тех пор желание просто трахнуть трансформировалось в мучительную, навязчивую, необузданную потребность владеть ею целиком!
Согнув стройные ноги, Амир закинул их себе на плечи и рвался внутрь распластанной девочки, чьи стоны оглушали. Идеальная грудь качалась на каждом его ударе, Лия то пыталась обнять его за шею, но не дотягиваясь, гладила мужские бедра и тут же снова хваталась за стол.
- Боже мой, - вырывалось из неё рвано, - Господи…
Убрав подрагивающие ноги снова к себе на талию, Амир резко склонился и придавил Лию собой к столу. Зарылся пальцами во влажные волосы и сгреб их в кулаки. Вжался губами в маленькое ушко, продолжая снова и снова таранить податливую плоть членом.
- Как же я хочу тебя, - выдохнул горячо. Казалось, он рехнулся – от её запаха, терпкого, волнующего, от ответной реакции, криков.
Разум помутился, и он уже не сдерживал себя, - С каждым разом только сильнее и сильнее!
- Да, - вскрикнула Лия, оплетая мужскую взмокшую спину руками, - Господи, да! Я люблю тебя, Амир! Люблю так сильно!
А потом снова задрожала, вспарывая его кожу ногтями. Амир едва успел выйти из нее, чтобы бурно кончить на живот. Ему будто в солнечное сплетение ударили с такой силой, что мушки перед глазами разлетелись и в груди заболело. Это первое «Люблю», сказанное на надрыве выбило весь кислород.
Нет, он не наивный и знал, что во время секса девушки могут говорить многое, но не Лия.
Если бы она не чувствовала этого, она бы не сказала. Его маленькая девочка, такая открытая и честная.
В груди защемило, и он прижал её к себе, чувствуя, как ее маленькое сердечко рвется сквозь ребра. Его тоже билось тяжело и с усилием. Ожившее, вспомнившее как это – чувствовать по-настоящему, оно разбивало грудную клетку.
