Как может Мария быть столь жестокой? Ну почему она не желает проявить терпение? Он ведь просит о такой малости: пусть выступит в роли дуэньи, раз леди Хертфорд так на этом настаивает.
Паж принца показался в дверях. Герцог Йоркский просит брата принять его.
Принц поднял письмо, положил его в ящик и повернулся к Фредерику.
Увидев горестное лицо Фредерика, принц сразу понял, что брат попал в беду, и рассказать о собственных бедах теперь не удастся.
Едва они остались вдвоем, как Фредерик воскликнул:
— Георг! Я влип в ужасную историю.
Всему виной этот Вардл! Он из окружения Эдуарда. Они собираются поднять вопрос в парламенте.
— О чем ты говоришь? Объясни, ради Бога!
— Видишь ли... я состоял в близких отношениях с одной женщиной... о, это прелестное создание... Мы давно с ней расстались, но, похоже, теперь она у них на крючке. Она торговала армейскими званиями.
Принц потрясение воззрился на брата.
— Боже мой, Фред! Ну, ты и влип!
— А это мы еще посмотрим, — откликнулся брат.
— Эту историю нельзя как-нибудь замять? Фредерик покачал головой.
— Вардл настроен решительно. Он строит из себя праведника, великомученика. Его ничто не остановит. Да это все проделки Эдуарда!
— Нашего родного брата? Быть того не может! Не верю.
— О, Эдуард сильно изменился. Он озлобился. А все из-за той гибралтарской истории. Он не может мне простить, что я его отозвал. И хочет всем доказать, что он лучше меня разбирается в армейском деле. Я уверен, что он мечтает стать главнокомандующим.
Георг, как же мне теперь быть?
Принц молчал. Ради брата он был готов на все, но что тут можно было предложить? Когда в парламенте начинают задавать вопросы, огласки не избежать. Он вспомнил, как там, в святая святых, и ему был задан сакраментальный вопрос... это сделал какой-то деревенский дурень, и Фоксу пришлось поклясться, что принц вовсе не женат на Марии. Сколько же из-за этого было потом неприятностей! Принц беспомощно поглядел на Фредерика.
— Фред, если я могу что-нибудь для тебя сделать.
..
Фредерик схватил брата за руки. Они всегда могли положиться друг на друга; их дружба была нерушимой, и сейчас оба были потрясены предательством Эдуарда. Равно как и последствиями разгорающегося скандала.
Оба понимали, что Фредерику грозит по меньшей мере смещение с должности главнокомандующего.
«Опять неприятности, — подумал принц. — Кругом одни неприятности!»"
"И буря разразилась. В королевском семействе давно не было подобного скандала.
