— Я имею в виду капитана Гессе, капитана Фицкларенса и герцога Девоншира.
Шарлотта расхохоталась.
— Ничего смешного, — сурово произнесла Корнелия. — Подобные слухи небезобидны.
— Люди говорят, что я такая же, как моя мать, да? Они что, готовят еще одно деликатное дознание?
— Они говорят столь неделикатные вещи, что мне стыдно это повторять. Я предлагаю вам сегодня же покататься со мной по парку, чтобы люди вас увидели. Это наилучший способ показать, что все эти слухи лживы.
В то же утро принцесса Шарлотта отправилась вместе с мисс Найт на верховую прогулку по парку.
***
Шарлотта сидела в экипаже. Как приятно, когда люди тебя узнают и радостно приветствуют! Они довольны, что слухи, ходившие насчет нее, не подтвердились.
«Интересно, что они себе вообразили? — подумала Шарлотта. — Что я вот-вот рожу незаконного ребенка?»
Она хихикнула. Да, конечно, она проявила некоторую неосмотрительность. Принцесса вспомнила письма, которые она писала Гессе... вспомнила, как мать передавала их капитану.
.. В то время это казалось таким захватывающим приключением, но сейчас, немного повзрослев, Шарлотта начала задумываться над последствиями подобной неосмотрительности.
Они ехали по Пикадилли, направляясь к Гайд-парку, и тут вдруг Шарлотта увидела, как прямо по направлению к ним на бешеной скорости мчится какая-то карета. Шарлотта издалека узнала карету своей матери; другие люди тоже ее узнали, и когда принцесса Уэльская поравнялась с принцессой Шарлоттой, вокруг собралась толпа.
Принцесса Каролина с некоторым трудом высунула голову в окошко, поскольку она была в большой шляпе, украшенной яркими, разноцветными перьями.
Шарлотта тоже высунулась из окна, и мать обняла ее. Обычно бледное личико Шарлотты слегка порозовело, и она казалась сейчас просто красавицей.
Каролина взвизгнула от удовольствия:
— Моя дорогая! Моя милая крошка!
Они обнялись и осыпали друг друга поцелуями, а толпа в это время одобрительно гомонила. Боже, благослови их обеих! Как можно их разлучать? Какая гнусность — отбирать у матери дитя!
Каролина возбужденно, лукаво смеялась.
"
"— Моя дорогая, как мне пережить эту разлуку!
— Позор! — откликнулась толпа, словно хор в древнегреческой пьесе. — Позор разлучать мать с дочерью!
— Вот именно, позор, добрые люди! — вскричала Каролина, и от волнения на ее глаза навернулись слезы, так что красота, наведенная при помощи румян и белил, оказалась под угрозой.
— Я приеду к вам, как только смогу, — пообещала Шарлотта.
