Однако Каролина отступила в глубь своей ложи, увидев, что принц-регент и его гости сидят прямо напротив.
— Люди приветствуют вас, мадам, — прошептала леди Шарлотта.
Но Каролина не шелохнулась.
— Жена Полишинеля не должна высовываться в его присутствии, — усмехнувшись, заявила она.
Это поразило фрейлин, которые считали, что она явилась в оперу с единственной целью: смутить регента.
И тут регент вновь продемонстрировал всем свои безукоризненные манеры. Хотя даже мысль о жене была ему отвратительна, и он давно не видел Каролину, Георг не мог сделать вид, будто не подозревает о ее присутствии в опере.
Она встал с места и отвесил ей наиэлегантнейший поклон, один из тех, что неизменно вызывали восхищение его подданных, как бы те его ни проклинали.
Люди принялись восхвалять их обоих, и регент злобно заскрежетал зубами. Какая злая насмешка судьбы, что он может снискать их одобрение, только если будет любезен с этой женщиной!
Каролина решила, что вечер удался на славу — еще бы, ведь русский царь не сводил с нее глаз! Он даже вставил в глаз лорнет и откровенно ее разглядывал.
— Ах, какой красавец! — заворковала Каролина. — Ха-ха, я не понимаю, почему бы ему не навестить жену Полишинеля, хотя Полишинель сделал все возможное, чтобы держать его вдали от нее.
Ну и вечер! Когда опера кончилась, люди не уходили, а продолжали прославлять ее. Она несколько раз им поклонилась, надеясь, что регент это заметил... он, разумеется, сделал вид, что нет.
Потом по дороге к карете ее окружили...
— Да здравствует принцесса Уэльская! Хоть бы вам вернули дочку! Позор, что вас разлучили! Да здравствуют Каролина и Шарлотта! Долой их гонителей!
О, это было так приятно.
..
— Мой добрый народ! — восклицала она. — О, мой добрый, добрый народ!
— Может, нам стоит спалить Карлтон-хаус? — выкрикнул кто-то из толпы.
Это бы кое-чему научило Георга. Подумать только, на что они готовы ради нее!
— Нет! — крикнула Каролина. — Не надо, добрые люди. Идите домой и спите спокойно. И я тоже поеду домой. Вы так добры ко мне, что я чувствую себя счастливой.
Вернувшись в Коннот-хаус, она сбросила перья, корону и черное бархатное платье, которое было ей слишком узко... как и все ее наряды.
— Вечер прошел удачно, — сказала принцесса Уэльская леди Шарлотте. — Вы обратили внимание, как увлекся мной царь? Завтра я приглашу его в гости.
***
Она надела самое яркое платье, как следует нарумянила и набелила лицо и сидела, развалившись в кресле, болтая короткими ножками, которые не доставали до полу.
