так что вполне естественно, когда она выражает свое мнение. Она столько лет была моей ближайшей подругой. Вы ее непременно полюбите.
Леопольд нежно улыбнулся.
— Это приказ? — спросил он.
— Да! — заявила Шарлотта. — Это один из тех приказов, которых вы не сможете ослушаться, даже если вам захочется.
Леопольд обладал всеми качествами, которые Шарлотта надеялась обрести в женихе. Он был спокойным и ласковым — и каким спокойным, каким ласковым! Он никогда не настаивал на своем, однако все делал по-своему, ибо Шарлотта уже считала, что Леопольд все делает правильно.
Когда Луиза сказала, что его считают самым красивым принцем Европы, Шарлотта возмутилась: почему это Луиза говорит столь очевидные вещи таким изумленным тоном?!
Шарлотта никогда еще не была так счастлива. И все это замечали, потому что она не могла этого скрыть. Даже королева снисходительно улыбалась. Что же касается принцесс, то они разрывались между восторгом и завистью. Регент был рад, что Шарлотта не упрямится и что людям нравится этот брак.
Однако ему самому больше хотелось бы, чтобы дочь выбрала Лягушонка, он был предпочтительней со всех точек зрения.
Первое облачко набежало, когда произошла встреча Мерсер с Леопольдом. Это был полный абсурд. Они не понравились друг другу! Мерсер, которая осмеливалась не соглашаться даже с принцем-регентом, не собиралась трепетать перед принцем Саксен-Кобургским, и увидев, что Шарлотта, некогда всецело преданная ей, так влюблена в молодого человека, Мерсер немного рассердилась.
— Вы должны полюбить друг друга.
— Такая фраза, сказанная при знакомстве, почти наверняка будет иметь противоположный эффект.
Они вели себя холодно-сдержанно.
«Он расчетливый ханжа, который намерен подчинить себе Шарлотту», — решила Мерсер.
«Она желает властвовать и повелевать Шарлоттой, желает вертеть ее окружением. Нам нужно будет от нее избавиться», — подумал Леопольд."
"Они говорили вежливо, но отчужденно, и Шарлотта, пытаясь разрядить обстановку, спросила, как поживает граф де Флохоль, когда Мерсер приведет его познакомиться.
Леопольд напрягся, и Мерсер, почувствовав это, ответила, что граф поживает прекрасно, и, разумеется, она скоро представит его принцессе.
Мерсер уехала раньше, чем ожидала Шарлотта. Как только подруга ушла, Шарлотта вскричала:
— Разве это не самая интересная женщина на свете?
— Разумеется нет, — ответил Леопольд. — А как же вы? Шарлотта восторженно хихикнула.
Леопольд решил, что ее следует отучить от привычки хихикать.
— Но после меня...
