Навсегда!
— Но процесс еще не завершен.
— Это секретный план, но я тебе обещаю, Минни останется с тобой. Ты не должна больше беспокоиться. Я все уладил.
— Однако суд собирается только завтра.
— Ну и пусть собирается! Увидишь, что будет.
— Вы о чем-то договорились?
Принц кивнул с довольным видом. В такие минуты сердце Марии было готово разорваться от любви к нему. Принц напоминал ребенка, который раздобыл вкусное угощение и радуется ему не меньше тех, для кого оно предназначено. Что ж, если он действительно считает, что ее треволнения из-за Минни кончились, то она самая счастливая женщина на свете!
— Вы должны мне все рассказать! Умоляю! — вскричала Мария.
— Я не в силах вынести неопределенности. Только когда я буду совершенно уверена в успехе, ко мне придет покой.
Принц взял Марию под руку и, прохаживаясь с ней по гостиной, передал ей свой разговор с Хертфордами.
— На правах главы семейства Хертфорд намерен сам взять опеку над Минни. А когда добьется этого, назначит опекуншей тебя.
Мария всплеснула руками.
Она редко плакала, но тут не удержалась от слез. То были слезы радости.
— Это ваша заслуга... ваша!.. Мой дорогой... Принц не стал отказываться.
— Разве я не говорил тебе, что пойду ради тебя на все? Эти слова всколыхнули неприятные воспоминания. «На все?» Но разве он не предал ее уже дважды: один раз когда позволил Фоксу сделать в Палате общин заявление насчет того, что он, принц, вовсе не женат на ней, а второй — когда бросил ее ради леди Джерси? А другие измены?.. Однако история с Минни свидетельствовала о благородстве принца; Минни дорога ему не меньше, чем ей, а для нее, Марии, потеря девочки, которую она считает дочерью, была бы самой большой трагедией в жизни.
Мария в этом не сомневалась. Когда у женщины такой ветреный, непостоянный возлюбленный, она всегда ищет убежища в любви к детям... а Минни была для Марии все равно что родная дочь.
И все-таки... все-таки принц старался ради нее, Марии. Он с юным пылом ринулся в бой за Минни, а в такие минуты чудеснее его никого не было.
Такого блаженства Мария еще не испытывала: и принц, и Минни с ней — о радость!
— Мы должны им все рассказать, — пробормотала она. — Я имею в виду Минни и Пайгот. Они тревожатся не меньше нас.
— Так давай скажем им прямо сейчас, — предложил принц. — Пошли за ними.
Минни и мисс Пайгот явились в гостиную, и принц обнял обеих. Он всегда потешался над Пиг, которая при виде него пыталась сделать реверанс и становилась ярко-пунцовой, когда он ее останавливал.
