Дочь расслышала нежные нотки в его голосе и обняла отца."
"— И он, и Рори. Оба великолепны. Вы с Мэри Роуз постарались на славу. А я, — с лукавой ухмылкой добавила она, — как и обещала, объяснила им, что почем.
Тайсон, не выдержав, рассмеялся, вспоминая ту, давнюю церемонию, закончившуюся не только всеобщим весельем, но и согласием.
— Жаль, что Роэна Каррингтона и Сюзанны здесь нет. Я ужасно рада, что они позволили братьям Харкер участвовать в состязаниях. Забеги кажутся куда более волнующими, когда на трек выходят воспитанники Маунтвейлского питомника.
— Они приедут в мае, — сообщил Тайсон. — Пока что они в Париже. Роэн написал, что сейчас любуется деревьями в цвету. Ты же знаешь Роэна и его сады: он вернется с дюжиной новых планов, замыслов и эскизов разбивки клумб и посадок.
— И вправду хороший день, — согласился Макс, по-прежнему держа Мистера Корка, но пыхтя уже не так сильно.
— Да, — согласился отец, — хороший.
— Папа, можно я понесу Мистера Корка?
Тайсон поднял глаза на четырехлетнего Рори, мысленно добавил вес Мистера Корка и вздохнул:
— Давай кота сюда, Макс.
Глава 2
Городской дом Шербруков
Патнем-плейс, Лондон
Неделю спустя
Городской дом Шербруков на углу Патнем-плейс, трехэтажный особняк в георгианском стиле, был выстроен в середине прошлого века графом Нортклиффом, имевшим гораздо больше денег, чем хорошего вкуса — «bon gout» 2, как он обычно говорил, изливая свое семя в лоно очередной «пансионерки» борделя мадам Орли.
Именно он и наводнил сад греческими статуями мужчин и женщин, сплетавшихся в самых непристойных позах.
Последние шестьдесят пять лет буквально все: дети, взрослые, гости, слуги и даже случайные разносчики — могли часами глазеть на обнаженные мраморные парочки, олицетворявшие различные аспекты физической страсти.
Временами Мегги искренне жалела, что ей не довелось познакомиться с оригиналом графом. Ни Лео, ни Макс до сих пор не проговорились своему отцу-священнику, что их двоюродные братья, мальчишки дяди Дугласа, успели наскоро показать им статуи в укромном уголке сада Нортклиффов.
При этом все четверо беззастенчиво пялились на соблазнительные сцены, отпускали непристойные замечания и, хихикая, изучали все неприличные подробности.
Мегги поселили недалеко от спальни тети Алекс, примыкавшей к комнате дяди Дугласа. Ее же комната была отделана в светлых оттенках персикового и кремового. Она останавливалась в этой комнате с восьми лет. В дверь легонько постучали.
— Войдите! — откликнулась Мегги.
