Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Меж тем чернопоясная вернулась обратно, я же продолжала делать вид, что мы с занавеской едины.

— Хассар уже там? — все тот же недовольный тон, несмотря на довольно приятный голос.

— Да, моя госпожа, — подобострастно ответила служанка.

— Всегда и во всем первый… — с гордостью и восхищением произнесла женщина. — Эйтна уже прибыла?

— Да, госпожа. Ожидает вас в покоях принцессы Адалин.

После этого вновь торопливые, но уже парные шаги и звук закрывшейся двери. И вот тогда я рискнула высунуть нос из-за занавеси — в просторном светлом помещении, где пол тоже оказался деревянным, как и мебель, никого не было.

Выждав несколько мгновений, я скользнула в покои Единственной супруги хассара, замерла, раздумывая над тем, что дальше делать. Думала я недолго — ибо большинство женщин скрывают вещи чаще всего среди нижнего белья, а значит, нужно было искать в спальне. По пути установила одну из камер, на просмотр, собственно, данной гостиной.

Так как расположение комнат здесь соответствовало тому, что имелось у меня, разве что в размерах все как-то помасштабнее, найти спальню труда не составило.

А вот сама спаленка меня удивила — раза в три больше, чем у меня, с огромной кроватью, где были десятки вышитых цветами подушечек, тысячи рюшечек, кругом букетики разной степени засушенности, на столике у зеркала за полторы сотни бутылочек с духами, разной степени наполненности… Короче, одним словом — фу! Но это «фу» было эдаким розово-ванильно-романтичным.

«Кира, не отвлекайся», — приказала я самой себе и пошла ковырять шкафы супружницы собственного отца.

Кстати, белье у нее было — но закрытое и, судя по форме, предназначавшееся исключительно для женских дней… интересно, они все реально в обычное время без белья ходят? Впрочем, и это являлось вопросом несущественным, а вот обнаруженные на дне ящика четыре сейра определенно вызывали интерес. Причем один из сейров был мой, остальные — нет. Однако, осматривая устройства, я обнаружила, что одним из них пользовались довольно часто, там даже панелька чуть поистерлась, а два других уже и не работали толком.

Ну, свой сейр, точнее это был сейр Наски, я забрала сразу. Потом подумала и решила сделать гадость — забрав черненький сейр, которым пользовались, я, засев за кроватью так, чтобы вошедшие в двери меня не увидели и чтобы у меня оставалась возможность залезть под кровать, взялась взламывать устройство.

Порадоваться своей предусмотрительности пришлось почти сразу:

— Подлая змея! — завопила Эталин, врываясь в спальню.