Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Обычно это были такие широкие штаны, затянутые широким поясом в талии, и к ним она надевала обтягивающую кофточку. Хотя мамочка иной раз могла пощеголять и в мини — с ее-то внешностью и формами могла себе подобное позволить. И все же, что мне выбрать? Судя по всему, там будет многолюдно…

Задумчиво подошла к шкафу, достала один из не распакованных чемоданов, начала сосредоточенно выбирать одежду. В результате выбрала длинную черную юбку в пол, ярко-красную рубашку с длинными рукавами, широкий черный пояс, ну и туфли на высоченном каблуке.

Волосы решительно распустила, губы подвела алой помадой и осталась довольна собой сверх меры.

Ашара, внимательно следящая за моими приготовлениями, только едва заметно улыбнулась, одобряя мой выбор. Ну и я направилась в гостиную, все гадая, смолчит ли папандр на сей раз.

Едва вышла, узнала ответ:

— Нет! — взревел хассар Агарн.

— Я дозволяю, — встрял Нрого.

Бабенция внимательно осмотрела меня, после чего прошипела:

В общем, сразу ясно, что оделась я верно, за что себя и хвалю.

И тут Нрого прошел к одному из тюков, достал… мой подарочек, разрезал ткань тюка, и оттуда вывалился ворох каких-то нарядов. Но воин искал другое, нашел и, вернувшись ко мне, прикрепил к поясу перевязь с ножнами. Крепил осторожно, после чего извлек черный охотничий нож с рукоятью, инкрустированной изумрудами, и негромко сообщил:

— Нож твоей матери! — Удивленно посмотрела на воина, и тот пояснил: — Нож, принесший победу хассарату.

Почему-то я в этот момент взглянула на отца — и отшатнулась. Столько ненависти было на этом достаточно-таки красивом лице, столько злости. Почему-то появилось ощущение, что этого отец Нрого не простит… Никогда не простит. И смолчать не захочет.

Словно в подтверждение, папандр произнес:

— У Иристана иная история.

— Для тех, кто не ведает, да. Но ее дочь должна знать правду, — возразил Нрого.

— Нож должен быть уничтожен! — изрек папашка.

И вот тут Нрого вскинул голову, пристально посмотрел на отца и, не скрывая ни ненависти, ни мстительной усмешки, произнес:

— Дар был принят.

Отныне ты не имеешь власти над дочерью! И над ее имуществом.

— Я запрещаю личные встречи! — не менее мстительно ответил папандр.

— Я настаиваю на охране принцессы Киран моими воинами!

— А почему моя мама герой? — решила вставить слово я.

Оба воина перестали сверлить взглядами друг друга и уподобились монолитным скалам.