Дочь воина, или Кадеты не сдаются

— А-а-а, — левая хмыкнула, — те ярко-алые, которые из пор начинают выбираться после вызревания, вызывая у человеческих особей болевой шок и, как следствие, сумасшествие?

— Они самые, — подтвердила я, — и, согласитесь, вы реально лучше.

— Спасибо, девочка, — язвительно протянула правая, — умеешь ты делать комплименты!

— Да, я такая. — Откусываю от очередной колбаски. — А наши ведут.

Свои мысли по поводу данной тенями классификации решила оставить при себе. Потому как в цивилизованных странах давно принята единая система отсчета, и у нас Викриа имеет номер 972.

А теперь делаем сравнительный анализ и понимаем, что наши три циферки — пыль в сравнении с их восемью. Следовательно, им известно гораздо больше планет, чем всей разумной вселенной! Мне уже стремно!

— Ставлю пять к одному, что победит мой папандр, — следя за боем двух хассаров, произнесла я.

— Принимаю, — сказала левая тень, — и ставлю на победу Нрого.

Однако беседу пришлось прервать ввиду того, что к нам поднялись Араван и еще какой-то воин.

Ар подошел и стоял, пока я не поняла причину, — Икас ощерил клыки, а они у него о-го-го.

— Свой, — сказала я зверю.

Шерстюсик тут же утратил к Ару всяческий интерес и продолжил диверсионные действия — подныривая мордой мне под мышку, осторожно просовывая пасть и уворовывая очередную колбаску с моей тарелки. Я делала вид, что ничего не замечала, но подталкивала колбаску ближе, чтоб ему брать было удобней.

— Невероятно, — Араван рядом сел, — вы как-то быстро сошлись.

— Почему, считаешь, быстро? — Я погладила Икасика за ухом.

— Для того чтобы Снежная смерть безоговорочно слушался хозяина, его отбирают у самки после рождения и хозяин сам поит зверя молоком. Иначе слишком опасно.

Я повернулась к зверю, умильно заглянула в белые с черным глазищи и вопросила:

— Масенький, ты опасный?

— Угррр, — ответило чудо, ткнувшись мне в нос своим мокрым носищем.

— Наговаривают, да? — Отложив тарелку, обняла морду зверя обеими руками и прошептала: — Я тебя никому не отдам.

Обе тени переглянулись и, словно чернильные пятна, сползли по ступеням вниз.

И тут заговорил второй подошедший:

— Я — Киаф, твой брат по отцу.

— Привет, Киаф, я Кира, — оторвавшись от Икасика, протянула брату руку.

Тот застыл, посмотрел на меня, потом на Ара.

— Пожать полагается, — с усмешкой сказал Араван.

— Женщина, ты совсем не ведаешь традиций Иристана, — удивленно произнес Киаф и сел рядом, но на полметра дальше от меня, чем Ар.