Дочь воина, или Кадеты не сдаются

На этот грохот я отреагировала испуганным вскриком, зато Эдвард спокойным:

— Микаэлла, что касается твоего поведения, мы обсудим его позже! — И опять обратился ко мне, причем снова очень ласково: — Кир, мне долго ждать?

И вот тогда я рискнула взглянуть на Эда. Наши глаза встретились. Он улыбнулся, и взгляд потеплел, после чего мне сообщили сакраментальное:

— Привет, — мгновенно опускаю глазки.

— Мы завтракать будем? — вопросил Эдвард.

— Я и сама могу, — буркнула я.

— Не сомневался, — сообщили мне и начали банально кормить с вилочки.

Уже успевшая взгромоздиться на стул Мика грохнулась повторно, глядя, как я послушно съедаю все, чем кормит Эдвард. Но на этот раз мы оба не обратили и малейшего внимания на сей инцидент. Ровно до того момента, пока на тарелке не осталась зияющая пустота…

— Понравилось? — выдохнул Эд, с улыбкой глядя на меня.

— Да… — Правда, вкус омлета я едва ли уловила.

— Кофе, — напомнил Эдвард и выпрямился.

Зазвонил телефон. Подхватив переговорник, Эд стремительно вышел из кухни. Едва он скрылся в дверном проеме, Микаэлла подалась вперед с жадностью оголодавшего удава и прошипела:

— Это что сейчас было?!

Смущенно пожав плечами, я решила, что самое разумное в данной ситуации — сказать следующее:

— Что? — Мика чуть ли на стол не взгромоздилась. — Что между вами двумя?! Я же вижу, как он на тебя смотрит!

Подругам врать нехорошо, но тут такое дело, что рассказывать подобное еще более некрасиво, и я соврала:

— Не помню… Ничего не помню…

И все бы ничего, но тут от дверей послышалось:

Густо краснея, я попыталась глотнуть кофе.

— Кир, — Эдвард присел на корточки, и рука его от чашки плавно двинулась к моей руке, — а ты совсем ничего не помнишь?

— Нет.

— Совсем-совсем ничего? — Его голос приобрел низкие вибрирующие нотки.

Я вскочила, стул за моей спиной грохнулся бы, но Эд его перехватил. Хитро улыбаясь, медленно поднялся, вернул стул на место, и все это не отрывая от меня насмешливого взгляда.

— Ну-ну, — загадочно произнес он, и снова оставил нас с Микой наедине.