Дочь врага для Темного (СИ)

Русская речь была редкой и скомканной, относилась только к хмурому человеку, сидящему в углу. Он злобно осматривался вокруг и молчал. Арабский превалировал.

— Вы прекрасно говорить арабский, — гнусаво сказал глава делегации, мужчина лет за пятьдесят в белоснежной кандуре, бежевой гутре и золотистой накидке. Вероятно, он имеет отношение и к политике, а может еще какая важная шишка, раз ему позволено носить подобное.

Но я настолько утонула в бумагах, что точно не была способна вежливо ответить на комплимент.

Незнакомец вдруг напрягся и устремил взгляд на мужчину. Эти гляделки продолжались буквально мгновения, после чего араб прищурился, встал, и вся делегация на корявом русском поблагодарила присутствующих за сотрудничество. Почти все выветрились из кабинета, осталась лишь я…и он. Мужчина, способный взглядом заставить тебя чувствовать себя песчинкой в море. Или задавить своей аурой.

Рашидов резко придвинулся ко мне и вплотную наклонился к лицу, обдавая горячим дыханием.

Дыхание обжигало кожу, словно языками пламени.

Широкая ладонь коснулась щеки, на что я попыталась отклониться, но второй рукой он схватил меня за подбородок, вынуждая сидеть на месте. Послушно сидеть на месте.

— Ты мне понравилась, — провел сильной ладонью по лицу. В нос сразу же ударил запах добротных сигар, смешанный с дорогим парфюмом.

В моих глазах явно отразился животный страх, на что мужчина лишь нахмурил брови. Не привык, что девушки боятся? Что дают отпор?

Уверенный, подернутый дымкой вожделения взгляд настолько запал мне в душу, что я с трудом смогла отвести взор, придавая лицу безмятежный вид. Он опасен, это было видно сразу, и в нормальной ситуации мне бы вопить от ужаса, но я лишь упрямо выдерживала его намеки.

— Надя, — тихо прошептала.

— Красивое имя, Надежда, — словно смаковал на языке. — Но опасное, надежда может свести человека с ума.

С трудом мне удалось встать и задвинуть тяжеленный стул, цепляя мизинец. Больно.

Это ты меня сейчас с ума сводишь!

Но мужчина поднялся вместе со мной и в унисон задвигался навстречу.

Отступила вновь на шаг и уперлась в шершавую дверь, наблюдая за хищником, которого абсолютно не смутило мое «бегство». Магнетизм ауры давил бетонной плитой.