Захри не было с утра, чтобы прежде ему показать эту гадость, посоветоваться, он бы знал, что предпринять. А ее просто несло на эмоциях. Рази влетела в кухню, в которой уже собрались все, кроме нее. Мила с ребенком сидели за столиком, завтракали, а Мария разливала по чашкам чай. Она хлопнула на стол перед Марией скомканную бумажку.
— Что это?!
Пожилая женщина прижала руки к груди и отшатнулась, на лице отразился испуг.
— Я не знаю, — прошептала она, вытянула руку, но не коснулась. — Не надо вам читать эту гадость, Рази.
Не надо, не читайте, дождитесь господина Захри.
Рази обвела взглядом кухню и шумно выдохнула.
— Почему не надо? Мария, ты что-то знаешь?
— Я… — та осеклась, но кивнула. — Я знаю, что это опасно. Так сказал господин Захри.
Захри. Где он сейчас? Телефон был отключен, она уже пыталась. Рази знала, что он всегда отключал телефон, если предстояла встреча с оппонентами. Но сейчас, когда это было важно, она не могла до него дозвониться.
Взгляд случайно упал на Милу. Слишком уж вид у нее был…
— Ты что-то знаешь? — резко повернулась к ней Рази.
Та закрыла лоб рукой и кивнула. Потом виновато взглянула на них и проговорила:
— Я давно получаю такие записки. Почти каждый день.
— Что? — Рази осела на стул. — И ты молчишь?"
"— А что мне было говорить? С тех пор, как меня притащили сюда, с тех пор, как этот… Захри… — она запнулась. — Поставил нас перед фактом, что мы должны узаконить отношения…
— Боже, — прошептала Рази. — Он же сделал это для того, чтобы ты и твой сын могли без проблем наследовать, если вдруг что-то случится.
Мила, Захри может быть жестким, даже грубым. Но он защищал вас. Тебя, ребенка, Азата…
— Я понимаю, — кивнула молодая женщина. — Но мне и сейчас страшно. И я — черт со мной. Ты не представляешь, как я боюсь за сына из-за того, что с ним могут сделать.
Хотелось вспылить, наорать на нее. Но вдруг вспомнилось собственное состояние, когда ей вот так же подбрасывали писульки. Подавленность, страх, паника. А у Милы еще ребенок. Неизвестно, как бы она сама себя повела, если бы что-то грозило ее ребенку.
Она сглотнула и потерла ладонью стол.
— Что было в тех записках?
Мила замерла, резко глотнув воздух, и только потом проговорила, глядя на нее расширенными глазами:
— Что вы монстры. Змеи. И что Захри уже провел ужасную операцию над Азатом и превратил его в такого же, как он сам. И теперь он готовится сделать то же самое с моим сыном. А ты, — она отвела взгляд и покачала головой. — Ты помогаешь.
