И пусть он был сейчас груб и дрожал от нетерпения, ей было так хорошо…
Уже потом, когда они лежали, тесно обнявшись, Захри вдруг сказал:
— Знаешь, что твой отец был должен?
— Что? — тихо спросила Рази, приникнув к нему.
— Жизнь.
— Жизнь? — не поняла она.
— Да. Жизнь главы клана Черных Нагов.
— Как это?
— Вот так. На него повесили долг жизни. Чтобы выкупить свою, он должен был принести голову моего отца.
Ей стало жутко. Вспомнился подслушанный однажды спор отца и матери.
«Зачем нам это надо, скажи? — кричала мать.
— Чего нам не хватает?
Голос отца слышался из-за неплотно прикрытой двери. Страшный, шипящий, сдавленный. Но сначала был звук борьбы.
«Потому что я ему должен. Понимаешшшь?»
— Долг жизни страшен тем, что, его нельзя снять. И чем дольше затягивается исполнение, тем сильнее затягивается удавка. Не убивает, но делает одержимым, — продолжал Захри, медленно проводя пальцами по ее голой спине. — Моего отца он, как ни старался, уничтожить не смог, Мехидар умер сам. Но заклятие с его смертью не снялось.
Нигмат все равно должен был жизнь главы рода Черных Нагов. Далгета, Сахи, мою.
Мороз по коже.
— Какое счастье, что мой отец мертв, — пробормотала Рази.
А он мрачно усмехнулся:
— Долг жизни перешел на Азата.
— Что?! А как же арестованные счета? Бизнес? Вы же столько времени бились с адвокатами? Для чего было все это?
Захри кивнул.
— Да, и соглашение достигнуто. Состояние семьи Окриё, перешедшее к твоему брату, значительно урезано, но свободно от долгов.
Это звучало как чудо.
— Но как вам удалось?
— Чтобы поддержать клан Золотых, поручились сразу два клана. Клан Янтарных и Черных. Рази покачала головой.
— Не знаю, как я расплачусь…
— М? — оживился Захри, накрывая ее собой и подтягивая за бедра. — Да, ГЛАВА Золотых, расплачиваться ты будешь долго. Мммм… Как ты сегодня была хороша, когда метала молнии. Я засмотрелся, как ты на замахе отставляешь попку в сторону.
— Что? — попыталась она возмутиться. — Ничего я не отставляю!
— Отставляешь, отставляешь.
Ладонь прошлась по беззащитной попке, а потом звонко шлепнула.
— Ай!
Еще шлепок и еще. И сразу ласковое прикосновение. Стало жарко и так противоестественно сладко, что глаза закрылись сами собой.
И тут она вспомнила!
— Подожди, Захри…
А он уже перевернулся на спину и усадил ее сверху, продолжая медленно поглаживать.
— Еще что-то? М?
— Да. Захри, пожалуйста…
— И это не может подождать? — с досадой протянул мужчина.
Ее саму затягивало страстью, но это и впрямь было важно.
