Если Захри хотел показать, что она всего лишь бесправная кукла в его руках, он это показал."
"У Рази были золототистые волосы, не такие ярко-золотые, как у брата АзатХана, но все равно, не оставляли сомнений в том, к какому она принадлежит роду. Тонкая, очень светлая кожа и светлые, похожие на бледные хризолиты, глаза. Отец считал, что это недостаток, всегда при случае указывал ей на него. А Рази нравился собственный цвет глаз. Она тайно гордилась тем, что не во всем на образцового брата похожа.
Еще были драгоценности.
Не так много, как любили надевать на себе иные жены глав родов, но каждое украшение было уникальным.
«Зачем?!» — хотелось ей спросить. — «Для чего нужен этот маскарад, если она всего лишь презренная пленница?»
Женщины закончили одевать ее и удалились.
А ей оставалось теперь сидеть и ждать, гадая, какой будет ее дальнейшая судьба. Тяжко тянулись минуты, очень тяжко. Какие только мысли не лезли девушке в голову.
И вдруг отворилась входная дверь. Ведь вроде ждала, а все равно чуть не подпрыгнула от неожиданности.
В комнате снова оказалась прислуга. Те же нагини. Одна вошла и встала в сторонку, а две другие вкатили тележки с едой.
Рази невольно сглотнула, внезапно почувствовав голод и усталость. Женщины выставили на столе приборы на двоих и тоже отошли в сторону, не спеша дальше сервировать стол. И тут наконец в комнату вошел Захри. Ей показалось сердце сейчас выскочит горлом, так велико в тот момент было напряжение. Она замерла, не в силах шевельнуться.
Мужчина скользнул по ней холодным взглядом, прошел в комнату, сел за стол и дал знак подавать.
И он даже не подумал пригласить ее. Это было нечто вроде изощренной пытки. Рази не ожидала от него, отвела взгляд и уставилась в угол.
— Садись за стол, — его низкий обволакивающий голос звучал недовольно.
Не было желания подчиняться, но Рази села. А дальше… Всю еду прежде подавали ему, он пробовал от каждого блюда понемногу, и только потом это выставлялось на стол. Наконец, видимо удовлетворившись, мужчина взглянул на нее и проговорил:
— Приступай к еде.
Какое-то время они ели в молчании, видно было, что он ее едва терпит. Наконец Рази спросила тихо:
— Для чего все это?
— Шшшто?
Она огляделась. Ясно же, если ему неприятно, зачем садиться с ней за один стол? А мужчина проговорил насмешливо:
— Это чтобы ты могла попытаться отравить меня, есссли будет желание или возможность.
В этом было столько издевки, что Рази не выдержала, отбросила приборы в сторону.
— Благодарю за все.
