Но если Дунечка пробилась через тщательное предохранение, ее братик не спешил появиться на свет.
Может, хотел дать нам окончательно подготовиться? Маме - закончить институт, немного вырастить сестренку. Отцу - заново научиться быть родителем. И нам всем вместе окончательно влиться в новую жизнь.
- Тук-тук.
Платон появляется на пороге палаты. Сервис клиники позволил бы ему ночевать здесь. Но он не захотел оставлять Дуню с бабушкой и няней. Я не против - этим двоим теперь предстоит еще больше общаться. Пока я немного приду в себя.
- Заходи! - я все же соскучилась.
Муж слушается. Пара секунд - он дарит мне нежнейший поцелуй. Кажется, меня никогда не перестанут волновать такие моменты.
- Ты подумала над именем?
Ох, за всю беременность мы так и не сошлись во мнении в этом вопросе. В нашей семье у всех простые, даже старинные имена. Пойти по накатанной? Или малыш будет отличаться? Морщусь.
- Я не знаю…
Платон отпускает меня из объятий. Подходит к белой медицинской люльке. Осторожно гладит пальцем крошечные пальчики сына.
У меня замирает сердце. Время останавливается.
- Хм, - Платон возвращается на землю, - Даня и сноха предлагают назвать брата Мишей. Когда он переедет в Штаты, он легко превратится в Майкла.
Качаю головой.
- А он должен переехать? В конце концов, он вообще может выбрать Азию.
Платон смеется.
- Ну это же Даня. Они с Алёной, кстати, передают тебе большой привет.
Улыбаюсь.
- Спасибо. Миша... - хмурюсь. - Хорошее имя, но я не знаю. Пусть Даниил прибережет его для своего первенца! Что думают твои родители?
Платон опускается на стул о окна.
- У отца вариант один - Аркадий. Мама против такого его тщеславия, - он смеется, - ей нравятся Матвей, Арсений, Денис. Ира же говорит, это прошедший век. Хотя насчет Дениса она еще согласна - чтоб все мои дети были на ""Д"".
Морщусь.
- Ирина пусть занимается своей семьей, - хоть мы не строим козни друг другу, но и подругами с бывшей женой Платона не стали. Она, к слову, после женитьб экс-мужа и сына внезапно закрутила роман и вышла замуж за мужчину на десять лет младше себя.
- И вообще-то, дочка у нас Евдокия.
Платон поднимает палец кверху.
- Сама Дуня сказала, что самое красивое имя для мальчика - Вениамин.
Понимаю, о чем речь, и усмехаюсь.
- Так зовут ее возлюбленного из садика!
Папа вскидывает брови, зависает. Ох, что будет, когда у его малышки появятся настоящие женихи... Однако главный вопрос так и повисает в воздухе.
А дверь после деликатного стука распахивается.
