Я очень ее любила, а сейчас… Такие имена в моде, - прикусываю губу.
Думала, он скажет совсем другое.
- Малой не будет трудно с таким сочетанием?
Ежусь. Когда я родила, мне захотелось дать дочке родное имя. Как будто оно поможет и защитит.
- Меня с такими фамилией и отчеством не дразнили.
Грустнею. Не знаю, замечает ли это Платон, или ему в принципе наскучивает разговор.
- Врач будет через час, - говорит он мне, - пойду, приму душ с дороги."
"- Спасибо вам большое.
Он задерживается на мне глазами.
- Главное, чтобы с маленькой все было в порядке.
Да и на тебе лица нет. Пусть специалист быстрее ее посмотрит, в клинике хорошие профессионалы.
Киваю, но Платон уже состроил смешную гримасу для Дуни. Похоже, он достаточно добр.
Спустя пару минут мужчина уходит к себе. Дочка теряет объект восторга и снова капризничает. Я пытаюсь как-то ее развлечь, зову посмотреть мультик на широком экране. Вроде бы с желанием идем в домашний кинотеатр.
Пока малышка не может надолго вникнуть в мультфильм. Но яркие картинки и звуки ее занимают на какое-то время.
А когда она просится к игрушкам, и я выключаю мульт, до наших ушей доносятся другие звуки.
- Где ты провел все выходные? Ребенок заболел, почему тебя не оказалось рядом?
- Я делал дела. Ты всегда был дома, когда я болел?
И всё в таком духе… Выходим, я начинаю громко говорить с маленькой. Намекаю, что все слышу. Мужчины на кухне, я захожу поздороваться с Даней.
- Привет.
Парень тут же подходит и чмокает меня в щеку, ведь мы же «вместе». Через его спину смотрю на Платона, лицо Филатова-старшего мрачное.
- Как девочка? - спрашивает он.
- Без изменений.
Дочка тем временем лезет к нижнему кухонному ящику, выдвигает его с грохотом. Я сразу к ней, Платон вдруг делает то же самое. Мы оказываемся с ним рядом на полу возле малышки.
- По-моему, наш пациент довольно бодрый, - мужчина кивает на сосредоточенную спину малой. Она копается в ящичке.
Вздыхаю.
- Надеюсь.
Платон снова улыбается, глядя на Дусю. А я смотрю на лучики у его глаз, сглатываю и чувствую странное тепло.
Какой-то покой от его простого нахождения рядом.
- Пап, я поговорил с Никитой. Готов показать тебе проект.
Отец устало выдыхает на словах Дани. Поднимается с пола, протягивая руку мне. Обычный жест вежливости, на который я отвечаю тоже машинально. Но едва коснувшись друг друга, мы оба вздрагиваем как при ожоге или обморожении. Фу-ф… Я все же встаю.
Платон кивком приглашает сына выйти из кухни. Наверное, они уйдут в кабинет.
