Он говорит твердо и чистую правду. А еще его тон хоть и усталый, но такой спокойный, что я решаюсь спросить еще кое-что.
- А вы как начинали бизнес? Не приходилось иметь дело с криминалом?
Да уж, вопрос не для томного вечера. У Филатова резко поднимается бровь. Но кроме Дани и сплетен есть еще угрозы. Знать бы, откуда они могут идти.
- Я поднимался уже не в девяностые, - начинает отвечать Платон, - но… бывало разное. С недвижимостью на начальных этапах не бывает все стерильно.
- А вы сами…
- Нет, я ни у кого квадратные метры не отжимал, - Платон перебивает смелый вопрос, - все остальное давно позади, сейчас мой бизнес в лучших традициях современности - чист и даже немного скучен.
Может быть, он хочет этими словами как-то меня успокоить. Но у меня остается только больше вопросов. А вообще надо бы ему про эти угрозы рассказать. Я даже набираю воздух и… Звонит мобильный Платона.
- Платон, что у вас случилось с Даней? Сын в невменяемом состоянии!
Откуда я знаю, что говорит бывшая жена мужчине? Просто она так громко верещит.
- Загулял что ли? Хм, отлично. Ир, тема не телефонная. Если вкратце, он пудрил нам мозги с будущей женитьбой. Хотел, чтобы я спонсировал молодое семейство.
Ирина тяжело дышит."
"- Почему ты никак не можешь наладить общий язык с сыном?! Он постоянно тебе врет.
Женщина говорит с эмоциями, строго. Вроде и не хамит, а только сокрушается. Но тон так и сквозит обвинением.
- Значит, я виноват в том, что он врет? - Платон тоже уловил этот настрой.
- Он боится говорить тебе правду!
- Зато борзеть он не боится!
Филатов вскипает, как навороченный чайник.
Так же мгновенно.
- Платон, - Ирина Витальевна тоже это замечает, и ее голос становится показательно спокойным, - давай не будем так нервничать. Это наш сын. Что же теперь поделать?..
Вопрос звучит риторически. Но мужчина рядом со мной не смущается. Кажется, я даже слышу, как потрескивают от напряжения его мышцы.
- А я и не собирался психовать, Ира, - тон его, впрочем, делается тихим и вкрадчивым, - я просто сказал ему, что со мной такие дела не пройдут.
Всё.
- И какой урок он из всего этого вынесет?
Ирина говорит как учитель или еще точнее - как психолог. Строго, размеренно. Даже слишком.
Я, конечно, не обладаю знаниями о психике людей, в вузе я получала другую специальность. Да и жизненный опыт не такой, как у несостоявшейся свекрови. Но интуиция подсказывает - с взвинченным мужчиной лучше так не говорить. Тем более, у Платона есть объективный повод злиться.
