Руку я повредила неприятно, но не опасно. Всю дорогу до клиники, чтобы не скулить от боли, я с задранной на подушечку (у доктора в экипаже нашлась) рукой безудержно саркастически шутила сама над собой и ситуацией в целом. Обидно было, что так нелепо лишила всех запланированного, тщательно подготовленного и такого желанного удовольствия. Спутники всячески утешали мою взъерошенную совесть."
"В итоге дошутилась до того, что доктор, заинтересованно разглядывая мою скромную персону своими умными карими глазами и пряча в аккуратно стриженные усы улыбку, назвал меня ""мужественной мадемуазель"" и ""стойким оловянным солдатиком"".
Кстати, господин вообще был довольно приятной внешности.
На месте Андрей Васильевич с противным щелчком поставил сустав в исходное положение, наложил фиксирующую повязку, велел по-прежнему держать руку вверх — в идеале выше уровня сердца и прикладывать лёд. По крайней мере первые двадцать четыре часа. Выдал обезболивающее и решительно настоял на том, что завтра заедет и повторно осмотрит травму.
На следующий день он, как и грозился, прибыл в особняк четы Келлер, навестить больную меня. Осмотрел руку, остался удовлетворён результатом, испил с нами предложенный Мартой чай и собрался уходить. В холле ещё раз повернулся ко мне, вспомнив, что кое-что забыл озвучить в рекомендациях по лечению.(Я как раз держала в голове мысль, что нужно обязательно отправить графу письмо с извинениями за то, что не смогли присутствовать на представлении, а то в суматохе забыли сделать это сразу.
Да там от боли вообще больше ни о чём не думалось.) В этот момент стук в дверь известил о приходе другого посетителя.
— Мадемуазель Алиса, обязательно не забывайте проверять кисть на чувствительность. Вот так. — Андрей Васильевич аккуратно взял больную руку и начал перебирать на ней пальцы.
Ни раньше, ни позже в холле появился сам Дмитрий. Взволнованный тем, что мы вчера не доехали до театра, он прибыл сам — узнать причину. Увидев меня рядом с другим мужчиной, бережно прикрывшим мою руку своей, он побледнел лицом, сообщил, что ""видимо, не вовремя"", коротко кивнул, развернулся и вышел обратно.
Я даже рта открыть не успела. Марта повернула ко мне растерянное лицо.
— Что случилось? — озадаченно вопросил доктор, не понимая причин происходящего.
— Всё в порядке. — как можно легче и убедительней ответила я.
В самом деле, с чего было кидаться в дурацкие объяснения — он-то ничего дурного не делал.
