Сдаётся мне, что женщина, посвятившая многие годы воспитанию и догляду за господскими чадами, не смотря на самое простое происхождение, являлась здесь не самым последним человеком. И наверняка обладала авторитетным мнением, которое слышали и, скорее всего, учитывали. Так что, лучше бы иметь её в союзниках, а никак не наоборот.
Как я и предполагала, девочки с Серафимой покинули обеденный зал вскоре после меня. Это взрослым интересно долго чаёвничать за беседой. А ребятишкам обычно быстро наскучивает необходимость вести себя ну очень прилично.
Поэтому, они просто покушали и выпросились из-за стола ""на волю"".
Сёстры весело щебетали, выбирая для себя развлечение, направляясь на улицу. Не смотря на, в общем-то, значительную разницу в возрасте, девочки оказались дружны между собой. Нет, какие-то незначительные размолвки, конечно, случались. Но в целом производили приятное впечатление. Жаль вот только, что сынок подкачал. А так бы можно было прямо выдохнуть.
— Ну ладно, нечего рассиживаться. - я поднялась с удобного диванчика и пошла во двор, разыскивать, куда убежали мои подопечные.
Впрочем, нашла я их довольно быстро. Звонкие детские голоса и смех, разносившиеся далеко вокруг, привели меня в тенистый ухоженный сад. Пользуясь хорошей погодой, они придумали играть в прятки на воздухе. Здесь и в самом деле было, где спрятаться.
В тенёчке на удобной скамейке нянька уже устроилась с каким-то рукоделием в руках, краем бдительного глаза наблюдая за подопечными.
— Лизонька, осторожнее с этим сиреневым кустом.
Садовник ещё не спилил там старые ветки!
— Ну Серафимушка-а-а! — обиженно запричитала младшая, — Ты же меня Сашеньке выдала. Так не честно-о-о!
Старшая великодушно позволила ей перепрятаться, и девочки вновь увлеклись игрой.
— Добрый день, Серафима Григорьевна. — поздоровалась я, подходя к скамейке, — Вы не против, если я присяду?
— Садитесь, что уж тут. — бабуля, хмыкнув, чуть подвинулась в сторону.
Устроившись рядом, я вдохнула тёплый запах сада, размышляя, с чего начать разговор.
Глаза упали на чудесную салфетку, которую почти не глядя плела женщина.
— Какая красота. — без наигранного восхищения искренне сказала я.
— Благодарствую на добром слове, ещё бабушка моя учила. Сызмальства плету. — со смешанным чувством без особого тепла ответила она.
— Серафима Григорьевна, мне хотелось бы спросить вас кое о чём прямо.
Я решила избрать именно такую тактику, потому, что нянька показалась мне человеком достаточно прямолинейным.
