Я многое хотела ему сказать, что да научил, научил и показал такое, чего ты не смог, и дал столько же. Раскрасил разноцветной палитрой, всю гамму моих раскрывшихся с ним чувств. Но я предусмотрительно молчала. Страх овладел каждой клеточкой моего тела и пробирался к голове. Молчать, быть удобной и покорной, нельзя перечит и пререкаться. Старые установки всплывали в памяти, только усугубляя моё оцепенение. НЕТ!
Откуда взялась эта последняя толика храбрости, из недавних воспоминаний, из теплых объятий в которые меня кутал мой мужчина-ураган.
«Я не сделаю тебе того, что ты сама не захочешь», кажется, так он мне говорил. А теперь я не позволю сделать с собой того, что не хочу! Улучив момент, когда бывший ослабит хватку поняв, что сопротивления не оказываю, я со всей силы ударила ему между ног. Олег согнулся и протяжно завыл. Не помня, где я это видела, но для лучшего результата ещё и ребром ладони врезала ему по затылку. Он упал на колени и закряхтел, пытаясь прийти в себя. Отошла на относительно безопасное от мужчины расстояние и вооружилась блинной сковородой.
Это уже почти постоянное мое оружие, Рапунцель, ни дать, ни взять.
— Никогда, слышишь меня, никогда, не смей меня больше касаться.
Всё ещё покряхтывая, он встал, держась одной рукой за затылок, другой за причинное место.
— Да, ты совсем озверела, — Олег не орал, в его голосе не было даже присущей ему нетерпимости, он говорил абсолютно спокойно. — Была покладистой и вдруг слетела с катушек.
— Ага, слетела, и если ты ещё раз здесь появишься, без причин, то слетишь с лестницы.
Это я тебе обещаю. — и махнула сковородкой, для убедительности.
— Я всегда считал тебя не глупой женщиной, Алиса, даже узнав о моей интрижке и подав на развод, ты вела себя достойно, сейчас же…
— Ты тоже вёл себя достойно, но не сейчас.
— Ты не понимаешь, от чего отказываешься, для тебя всё останется по-старому, твоя спокойная жизнь, достаток…
— У меня будет спокойная жизнь, когда ты из неё исчезнешь. И можешь засунуть своё предложение вместе с деньгами знаешь куда…
— Предложение больше не актуально, дерзость не равно безумие, а такой ты мне не интересна.
Ушёл. Хлопок двери и тишина. Я выдохнуло, призывая тело хоть чуток расслабиться. Но нервное напряжение, и легкое подрагивание никуда не девались. Каким чудом мне удалось заставить руку разжаться и отпустить сковороду, загадка. Я с жадностью выпила стакан воды и облизала губы, солённые, странно. Пальцы прошлись по щекам, мокро.
