Знаю, я эгоистка. Я совсем не думала об отце. Он постоянно работал и редко куда-то выбирался. Поэтому с радостью принял предложение друга прийти к ним в гости. Папа сильно не давил на меня, оставляя право выбора, но, если я не пойду – это будет невежливо. В конце концов мне пришлось дать согласие. Только ради папы.
В школе я витала в облаках и не слушала учителей. На обеде я не слушала друзей, просто молча ковырялась в своей тарелке. Настроения не было совсем, я была вялой, словно кто-то высосал из меня все силы.
– Лилли! Лилли! – настойчиво звал меня Лукас.
Мы были у него дома. Я делала за него уроки, сидя за столом.
– Что?! – рявкнула я.
– Ты совсем меня не слушаешь. Чего зависла?
– Отстань!
– Ты сидишь над учебником уже двадцать минут, но так ничего и не написала.
– Тебе-то что?! – разозлилась я еще больше. Мне хотелось, чтобы он просто оставил меня в покое.
– Все в порядке? В последнее время ты сама не своя.
Лукас подошел ближе, пристально глядя на меня. В его глазах виднелась забота, а может, жалость? Это меня еще больше разозлило.
– Не твое дело!
– У тебя что, месячные?
– Да пошел ты! – злобно прошипела я, беря учебник и кидая в его сторону. – Мне нужно отдохнуть. Оставь меня в покое!
Я резко встала из-за стола и направилась к кровати. Мне просто нужно побыть одной, спрятаться ото всех, и чтобы никто меня не тревожил.
– А кто будет делать уроки? – ошарашенно смотрел мне вслед Лукас.
– Сам делай! – рявкнула в ответ, даже не оборачиваясь.
Я тяжело плюхнулась на кровать, глядя в потолок какое-то мгновение, а затем легла на бок, закрывая глаза.
Услышала, как скрипнул стул, и поняла, что Лукас в кои-то веки решил сам сделать уроки. Я пыталась уснуть, но так и не могла, куча мрачных мыслей витало в моей голове.
Не знаю, сколько времени прошло. Я просто лежала, закрыв глаза, свернувшись в комочек, как вдруг почувствовала присутствие Лукаса рядом. Он аккуратно лег на кровать с другой стороны от меня.
– Лилли, ты в порядке? – тихо спросил он.
Я не ответила, делая вид, что сплю.
Тогда Лукас дотронулся до моего лица, убирая прядь волос. Я не шелохнулась.
– Ты можешь рассказать мне, если у тебя проблемы, – снова тихо сказал он.
У меня не было проблем, кроме паршивого настроения. Разве он сможет понять меня? Золотой мальчик, который имеет в жизни все, что захочет. У которого есть мама и папа. Он не знал боль утраты. Он не мог понять меня.
Лукас делал вид, будто заботится обо мне, и меня это раздражало.
