Договор на тебя

И уж точно не собирался оставить дамочку наедине с женой.

— Да, конечно, интересно, — кивнула Роксана.

Объятия вышли напряженными. Вит отметил, что Рокси не торопилась открываться перед матерью. Словно интуитивно не доверяла ей. И это радовало. И все-таки, у него очень умная жена. Пусть пока и немного не в форме, горе поглотило ее. Однако Вит надеялся, что скоро все наладится. Он постарается, чтобы так и было.

* * *— Когда ты родилась, у нас с твоим дедом возникли некие разногласия, — рассказывала Алина.

Вит отметил, что ухоженная ладонь женщины цепко держала пальчики его жены.

И Вит мысленно отсчитывал десять минут. Ровно столько он позволит всему этому продолжаться, а дальше -просто увезет Рокси с собой в их дом. А Тихомирова пусть творит здесь все, что вздумает, пока не огласят завещание старика.

— И какие же? — уточнил Вит, убрав руки в карманы и не сводя проницательного взгляда с лица тещи.

— Некоторые, — пояснила Алина. — В то время я легко поддавалась влиянию. Попала в плохую компанию. Словом, вела довольно свободный образ жизни.

— И что дальше? — поторопил Вит, прекрасно понимая, какая сказка ждет их с Рокси. Расклад примерно был понятен.

— Отец всегда остро реагировал на то, что у него не было сына. Пытался как-то привлечь меня к делам. А я хотела свободы, — говорила Алина, рассматривая Роксану, молча слушавшую ее голос. — Ты у меня такая красавица, девочка!

— Спасибо,— кивнула Рокси, скромно улыбнувшись.

— И куда же вас завел разгульный образ жизни? — поторапливал Вит.

— Отец не церемонился со мной.

Устроил в закрытую клинику. Там меня должны были вылечить от наркозависимости, — вздохнула Алина. — Я не знаю, почему отец так поступил. Я клянусь, что никогда не увлекалась наркотиками! Но это все в прошлом. Многие поступки моего отца необъяснимы. Тихомиров всегда поступал только так, как нужно ему. И я ему благодарна за то, что он воспитал тебя, Роксаночка!

Вит беззвучно усмехнулся. Нет, теща, конечно же, актриса, прямо скажем, не самая выдающаяся. Но Рокси слушала ее, улыбалась, не плакала.

Словно оживала.

И только по этой причине Витольд позволил им разговаривать.

Прошло гораздо больше времени, чем Вит в мыслях отвел Рокси и ее матери для общения. И когда разговор ушел в сторону пространных рассказов о том, как тяжело и сложно Алине было находиться вдали от собственной дочери, и как она рада, что теперь может видеть Рокси, Вит понял, что пора уезжать и увозить жену.

— Рокси, нам пора, — осторожно проговорил Витольд.