«Я могу влюбиться в него, в самом деле могу потерять свое сердце», – подумала я, пытаясь не поддаваться обаянию и мужественности своего супруга. Просто потому, что он умеет найти подход к женщине, потому, что он красивый, сильный, умный, харизматичный, прекрасный отец… И еще много других достоинств. Любая другая на моем месте уже бы строила воздушные замки и плыла на облачке со стрелой Купидона в сердце. Но я не была наивной девственницей, впервые вкусившей мужские ласки.
И хоть Мурад оказался в сто, нет, в тысячу раз лучше Карима, я не готова была подарить ему свое сердце и открыться полностью.
Пока не готова. Слишком больно встречаться с крушением своих иллюзий. Слишком страшно, когда ты теряешь опору под ногами и не видишь свет в конце тоннеля.
– А мне вот кажется, что ты точно что-то скрываешь, – освободил он меня от себя и, улегшись на бок, подтянул ближе, прижав сильной горячей рукой. – И пока ты не расскажешь, я не выпущу тебя из этой постели.
– Уморишь голодом? – пошла я на хитрость.
Я хотела свернуть с этой опасной темы, да и повторный душ бы мне не помешал.
– Черт! Я забыл про еду, – садясь на постели, нахмурился он. Мои глаза тут же прошлись по его каменному прессу, и я чуть ли не облизнулась, не в силах сдержать восхищения. Я даже представить себе не могла, что под строгими костюмами моего шефа скрывалось такое тело.
– Эй! – вскрикнула я, когда он, неожиданно подхватив прямо вместе с простыней, понес меня на террасу. – Дай хоть халат накинуть!
– Не волнуйся, никто нас не увидит, – куснул он меня за голое плечо, усаживая на диванчик.
К счастью, он вернулся в комнату и всё же обвязал бедра полотенцем, перестав меня смущать.
– Вдруг кто-то постучится в дверь? – продолжала я хмуриться, пока он накладывал мне всего понемногу.
– Поверь мне – не постучится. Все прекрасно понимают, чем мы заняты, – заявил этот нахал.
– Ты просто невозможен! – рассмеялась я и собрала волосы в дульку.
– Ешь, и вернемся в постель, – поставил он передо мной тарелку, да еще и смотрел так, словно готов был сожрать на месте.
– Хватит так смотреть! И в постель мы не вернемся! – покраснела я как рак. – Мне нужно опять в душ и привести себя в порядок, пока Пухляш не проснулся.
– Жестокая женщина! – лишь вздохнул Мурад, к счастью, не став спорить.
Муж уселся рядом и начал кормить меня, ведя себя совершенно не так, как я себе представляла. Я даже не думала, что в Мураде столько игривости и озорства. И любви к поцелуям.
