Для него было слишком тяжело разлучиться с тобой, поэтому мы растянем время расставания и постепенно отучим его от тебя. Добьемся того, чтобы он в тебе вообще не нуждался, – воодушевленно говорил он.
– И тогда вы оставите меня в покое? – вздохнула я, пытаясь подавить охватившую сердце радость.
– И даже зарплату добавлю! – сделал шеф щедрое предложение.
– А вот это лишнее, не всё, знаете ли, измеряется деньгами, – нахмурилась я.
– Гу-у-у, – начал привлекать к себе внимание лежащий на моих руках Пухляш.
– Что такое, сладусик? – проворковала я, обращая всё свое внимание на малыша.
Только днем я думала о том, что нескоро увижусь с ним, а даже если и увижусь, то не смогу уже подержать на руках, но вот он здесь, со мной, да еще и шеф предложил сидеть с ним днем, что может быть лучше этого?
– Гр-р-р, – продолжал он издавать смешные звуки, пуская пузыри. Пухляш был так же рад мне, как и я ему, и только бесчувственный Хамзатов мог принять нашу привязанность за колдовство.
– Отлично, мы тогда поедем, – вставая, объявил он.
– Приходи завтра в час, поедем вместе обедать.
– Зачем это? – нахмурилась я, не понимая, при чем тут вообще обед и в чем необходимость идти куда-то вдвоем.
– Затем, что так удобно. И должна же быть какая-то польза от нашей сделки.
– Польза в том, чтобы поесть? – не поняла я."
"– В том, чтобы ко мне никто не лез во время обеда под предлогом того, чтобы потискать «такую милую лялю», – закатил он глаза, и я впервые посмотрела на него, оценивая как мужчину. Неужели его действительно преследуют женщины? На самом деле в это нетрудно было поверить, ведь выглядел Хамзатов для своих сорока просто отлично.
Всегда опрятный, одетый в дизайнерскую одежду, подтянутый, явно тратящий не один час на спортзал. Но то ли я стала равнодушна к противоположному полу, то ли его ужасный характер затмевал всё, но я абсолютно не реагировала на его мужскую привлекательность.
К тому же я приобрела иммунитет, ведь мой бывший муж был настоящим красавцем, и теперь я считала, что от красивых мужчин не стоит ждать ничего хорошего.
– Ладно, – в конце концов согласилась я, не видя большой проблемы в совместном обеде. – Пока, Пухляш, – вздохнула я и, не удержавшись, поцеловала свою прелесть в пухлую щечку, на что он тут же радостно заагукал, расплываясь в беззубой улыбке. – Веди себя хорошо и не капризничай больше, – передала его отцу, погладив напоследок по головке.
– А-а-а-а, – тут же начал протестовать он, вертясь как уж в руках отца.
