Я прекрасно научился распознавать его плач по ней.
– Ох, нелегко тебе с ним, когда я просила тебя жениться и завести детей, я даже представить себе не могла, что забота о ребенке полностью ляжет на твои плечи… – тяжко вздохнула она.
– Да ладно тебе, мам, это же не навсегда. Вот подрастет наш Богатырь… – обнял я ее за плечи, целуя в макушку. Что ни говори, но мама хотела для меня только самого лучшего. Считала, что Алия даст мне покой, вот и пыталась нас свести. Уверен, она и сегодня ее пригласила, надеясь на что-то.
Только вот я не собирался поддаваться на ее провокацию.
* * *Наверное, кто-то сверху решил испытать меня, когда сначала дал увидеть картину этой бухгалтерши без платка, а потом явил ее ко мне в дом в этом чертовом платье! Не сказать, что оно было вызывающим, но всё же отличалось от тех балахонов, что она носила в офисе. Цвета морской волны, облегающее грудь и талию, оно спускалось до лодыжек, которые опоясывали ремешки светлых туфель.
Я просто стоял как полный остолоп, уставившись на бухгалтершу, совершенно преобразившуюся благодаря нарядной одежде.
Что с ней случилось? Что она с собой сделала? Выглядела совсем иначе. Хоть и была в платке, но воображение дорисовывало белые шелковистые пряди, обрамляющие лицо. Я уже жалел, что застал ее в кабинете без платка и узнал, какие красивые у нее локоны.
Рискуя нарушить все нормы приличий, позабыв о стоящих рядом людях, я уставился на нее и не отводил взгляда, изучая до мельчайших черточек.
На светлой коже выделялись яркие, но не чересчур накрашенные глаза. Пушистые ресницы бросали тени на нежные щеки, полные, чуть подкрашенные розовой помадой губы изгибались в легкой смущенной улыбке.
Не понимал, что конкретно поменялось, не пластическую же операцию она сделала! Почему тогда прежние черты лица, которые раньше казались невзрачными и не привлекали внимания, теперь виделись мне… красивыми? Глаз не мог отвести, как ни старался. Это гипноз? Колдовство? Если Алия и применяла к моему сыну чары, то сейчас она точно врубила тяжелую артиллерию и приступила к завоеванию меня.
– Иди поздоровайся с нашей дорогой гостьей, – подтолкнула в бок мама, улыбаясь со счастливым видом. – Пять минут тебя дозваться не могу, сынок. О чем ты задумался?
– Ни о чем, – буркнул я, но она продолжала посмеиваться с заговорщическим видом. – Потом подойду, – пробормотал себе под нос, и не думая кинуться навстречу бухгалтерше.
