– Послушай, я понимаю твою ситуацию и, возможно, сделал предложение не совсем так, как ты того хотела…
– Я никак не хотела! Дело не в том, как ты сказал, Мурад, а в том, как к этому относишься! Брак не игра и не сделка! – оборвала я его, не дав закончить.
– А что же тогда? Что дал тебе брак по любви? Возможно, стоит попробовать построить отношения с тем, кто тебя понимает и будет тебе полноправным партнером, а не господином? – привел он довод. – Ты мне нравишься, да что там мне, вся моя семья души в тебе не чает.
– Я знаю, – прижалась я губами к макушке Пухляша, которого держала на руках, сидя на диване, пока Мурад ходил передо мной, перечисляя плюсы нашего союза. – Ты захочешь еще детей? – спросила я, набравшись смелости. – Если да, то я точно тебе не подхожу. Я не хочу своих детей и рожать не буду, – не в силах сказать правду о том, что я не в состоянии выносить ребенка, проговорила я.
– Не хочешь, не надо, у меня уже есть наследник, – сканируя меня странным взглядом, ответил он, вызывая во мне волну облегчения.
– Хорошо, но не думай, что потом можешь поменять мнение, – предупредила я, боясь того, что после свадьбы он может заговорить по-другому.
– Я же сказал, Алия, мое слово много стоит, – выглядя оскорбленным, проговорил он.
– Хорошо, – повторила я. – Я согласна, но не хочу пышной свадьбы.
– Нет, – твердо сказал он.
– Прости?
– Свадьба будет пышная, моя мать не простит мне, если всё пройдет тихо.
– Но для нас обоих это второй брак…
– И что? Он что, менее значителен, чем первый?
– Нет, но, когда невеста уже была ранее замужем, она…
– Не надевает пышное платье? Глупость и прошлый век.
Мне плевать, что там у тебя было, за меня замуж ты выходишь в первый раз, и всё будет как положено.
Глава 17
Мурад
– Ну что, Богатырь, дожали мы твою строптивую мамочку? – лежал я довольный на спине, устроив сына на своей груди. Малыш прикольно дрыгал головой, пытаясь держаться, но всё время утыкался мне в грудь, не в силах держать свой вес на руках. – Пора на диету, да, Богатырь?
– Фю-ю-ю! – издавал он смешные звуки, такой радостный, словно понимал, чего добился.
"
"– Будешь теперь двадцать четыре на семь со своей Алей, только и со мной чуть-чуть поделись, ладно? – поднял его над головой на вытянутых руках, отчего он заливисто захохотал, пытаясь дотянуться ручками до моего лица. – Как мы уделали этого бывшего муженька, а? – ухмыльнулся я, вспоминая перекошенную морду этого идиота, упустившего свое счастье.
