Мы изучим то, что он говорит о землетрясениях. – Мак-Эндрю увидел, что на лице Файнштейна появилась улыбка.
В разговоре возникла пауза, как если бы трубку на том конце провода прикрыли рукой. Затем прозвучало:
– Конечно, превосходно, просто великолепно. Мы думаем, это будет чудесно. То есть, я в самом деле считаю, что это превосходно, если для того, чтобы успокоить больного человека, вы готовы пойти так далеко. Огромное вам спасибо. Пока.
– До свидания.
Обращаясь к Файнштейну, Мак-Эндрю сказал:
– Кто-то там здорово хитрит.
– Вы, как и все уроженцы северо-восточных штатов, весьма проницательны, – заметил Файнштейн. – Я знаю Уайта всю жизнь и только сейчас, когда закончился ваш разговор, понял, что он всегда представлялся не таким, каков есть на самом деле.
– Да, в том, что он говорил, было немало разумного. Если бы этот телефонный разговор состоялся до вашего прихода, я отнесся бы к вашим словам так же, как к ним отнеслись в других местах в Вашингтоне. Но я из Огайо, между прочим…
– Это как раз то, что я имел в виду, – откликнулся Файнштейн.
– Человек из северо-восточных штатов…
Прежде чем они покинули кабинет, Сайлас Мак-Эндрю отпечатал на машинке стандартную записку, которая оказалась последним подарком, сделанным им и Харрисом Файнштейном Соединенным Штатам. Ничего другого им уже не дано было совершить, потому что, прилетев в Калифорнию, они сделали непоправимую ошибку, начав обсуждать проблемы этого штата с одним чудаковатым ученым и его двумя необычными ассистентками.
Глава шестая
Когда шериф Вейд Уайт увидел два тела в мотеле «Ковбой», расположенном на горном шоссе прямо на выезде из Сан-Эквино, он только и мог сказать: «О сладчайший Иисус, Боже милостивый, нет, нет…»
Пошатываясь, он выкатился из номера-люкс в мужской туалет в вестибюле, где его вырвало в писсуар и продолжало выворачивать снова и снова.
Содержимое его ланча в виде красных и белых комков свидетельствовало о том, что он до сих пор так и не научился правильно пережевывать пищу.
– Нет, – говорил он, держась за рычаг для спуска воды, – нет, он же еще вчера был в Вашингтоне.
Нет…
– Да, – сказал его молодой заместитель. – Я вызову окружного следователя?
– Да-а… Следователя. Конечно.
– И городскую полицию? Мотель всегда относился и к округу, и к городу.
– Нет, – ответил Уайт. – Никакой городской полиции. Мы сами займемся этим.
– А фотографа вызывать?
– Да-а… Хорошая мысль. Фотографа.
– Они оба, конечно, выглядят неважно. Не правда ли, шериф?
– Да-а… Неважно.
