Вокруг уже собрались люди: Мануэль привел из лагеря взрослых рабочих, и вместе с детьми они образовали небольшую толпу. Мануэль вышел вперед.
– Здесь все, – сказал он.
Альбанезе подтолкнул Римо локтем в бок и приказал;
– Скажи им!
Римо шагнул вперед.
– Меня зовут Римо. А это Чиун. Чем мы вам мешаем?
Взрослые молча переглянулись, затем повернулись к Мануэлю. На них была та же белая одежда, что и на нем. Мануэль заговорил:
– Во-первых, недавно разорвалась земля, и многие из наших умерли. Теперь наши старики говорят, что смертей будет еще больше.
Они говорят, что нас окружает смерть. И что эта смерть идет от вас.
– Они говорят именно о нас? – уточнил Римо.
– Они говорят о пожилом восточном человеке великой мудрости. И о его белолицем спутнике, чьи руки быстрее, чем взгляд, и смертоноснее, чем стрелы.
Альбанезе загоготал. А Баруссио вдруг осенило: вот они – руки из его сна. Руки, двигающиеся быстрее взгляда и несущие смерть. Он почувствовал, как на лбу у него снова выступила испарина.
– Кто эти старые люди, о которых вы говорите? – спросил Римо.
Мануэль обернулся к толпе и тихо произнес несколько слов по-испански. Толпа расступилась. Женщина, старая, как жизнь, и усталая, как смерть, едва волоча ноги, вышла вперед. Одета она была во все черное, на плечи накинута черная шаль. Морщинистое лицо словно высушено вековой печалью.
Она остановилась рядом с Мануэлем.
– Мне было видение, – сказала она, обращаясь к Римо. – Я видела смерть, которую несли быстрые руки.
– Ну, хватит, – огрызнулся Альбанезе, обращаясь к Римо.
– Давай кончать с этим. Скажи им, чтоб не волынили и возвращались на работу. Если ты с твоим азиатом немного соображаете, то сейчас же начинай."
"Римо оценивающе взглянул на Альбанезе, отметив его размеры и вес, и вновь повернулся к Мануэлю. Но тут вперед выступил Чиун, в своем синем одеянии, как всегда спокойный и невозмутимый.
Он подошел к старой женщине и взял ее за руки. Они были очень похожи. Какое-то время Чиун и старуха стояли неподвижно, глядя друг другу в глаза.
Никто из них не произнес ни слова. Затем Чиун отступил назад.
Его голос прозвучал над полем, эхом отозвавшись в опустевших лачугах.
– Слушайте внимательно мои слова, – проговорил он так, будто обращался к громадной толпе. – Ваши старики говорят правду: здесь ходит смерть. Они говорят вам правду, когда предсказывают, что смерть еще придет сюда. Они говорят вам правду, когда рассказывают о человеке, чьи руки быстрее, чем стрелы.
– Что он делает? – прошипел Альбанезе.
