Доктор Sex

Возвращая маску на место, поворачивается к пациентке.

- Что у нас здесь?

- Желудок болел... Вырвало. А сейчас живот, - сжимая зубы тихо скрипит пациентка.

- УЗИ делали?

- Нет, привезли только...

- Няшина. Твои версии?

- Аппендицит, - выдыхаю я.

- Покажи точку МакБурнея.

Вежливо задирая кофту, жму пальцем.

Пациентка громко вскрикивает, отталкивая мою руку.

- В хирургию! Аппендицит! - командует он.

Мы подходим к следующей.

Он словно ждёт пока я ошибусь, чтобы взорваться и разнести меня в пух и прах.

И мне по какой-то важной, но неосознанной причине очень важно не ошибиться! Очень! Не потому что я боюсь, нет.

Мы словно даём так друг другу сейчас пощёчины. Он - вопросами, я - ответами.

Я не понимаю за что мне этот тон. Но очень хочется врезать в ответ посильнее! Р-р-р-р...

Потому что ни какого другого способа ему врезать, у меня просто нет!

И я верно диагностирую двух оставшихся. Последняя - разрыв селезёнки. Здесь - просто повезло! Писала реферат по этой травме.

Пациентку увозят. Истомин поворачивается ко мне.

- Лучше б ты, Люба, была такой же бестолочью как твой Гуров. Хоть не обидно бы было.

Что?!

- Любовь Романовна! - обиженно поправляю его я.

Славик приносит ему кофе. Забирает, стягивая маску вниз.

- Вячеслав Олегович - в мужскую. Любовь Романовна на сегодня свободна.

- Почему ты так со мной разговариваешь?! - шепотом взрываюсь я, как только Славик выходит.

- ""Вы""! - демонстративно поправляет.

Делает глоток кофе.

- Уйди с глаз. Видеть тебя не хочу...

Швырнув ему его шарф, вылетаю из палаты.

Пошел к черту!

Глава 21. Не дура

Рабочий день тянется как никогда.

В конце дня пишу краткий отчёт по практикантам и план обучения на завтра. Зубарева требует."

"Если сократить до смысла, то Славик - есть с чем работать, Гуров - бездарь и ленивец, Няшина - умница и талант.

Не дописав швыряю ручку на стол, откидываясь на диване.

Обидно, пиздец! Хотелось бы гордиться, что моя. Я мне стрёмно…

Курить хочу!...

- Константин Захарович, можно вопрос? - мой очкарик.

Единственный, кто сидит и честно читает литературу. Все остальные хихикают за дверью ординаторской.

- Давай...

- А почему Вы Любу прогнали? - поправляет очки.

- Я ее не прогонял, Вячеслав Олегович. Я ее отпустил.