Семидесятилетний тощий старикан ни с того ни с сего бросал свою трость, а пигментные пятна на его лице и руках бесследно исчезали.
Черноглазка Сью переставала прихрамывать.
Дизель Дуг, почти ослепший от катаракты, обретал орлиное зрение, а его плешь магическим образом зарастала. Внезапно ему снова никто не мог дать больше сорока пяти.
У Пароголового Стива пропадал горб. Его жена, Русская Баба, забывала о своих подгузниках, натягивала сапоги со стразами и заявляла, что ей хочется на танцы.
Если бы все это происходило на глазах у простых обывателей, их удивлению не было бы предела, и пошли бы разговоры. Рано или поздно появились бы репортеры, а члены Истинного Узла боялись огласки, как вампиры – солнечного света."
"Но поскольку они нигде не задерживались (а поселившись на некоторое время в одном из «своих» городов, не подпускали к себе посторонних), то никто ничего не замечал. И неудивительно. Они носили такую же одежду, как другие любители жизни на колесах, прикрывали глаза такими же дешевыми солнцезащитными очками, покупали те же сувениры и сверяли свой маршрут по тем же картам.
Они клеили на борта кемперов те же наклейки, сообщавшие о необычных местах, где им довелось побывать («Я ПОМОГАЛ НАРЯЖАТЬ САМУЮ БОЛЬШУЮ ЕЛКУ В СТРАНЕ РОЖДЕСТВА!»), а тащась вслед за ними, дожидаясь шанса обогнать, вы видели на их бамперах знакомые надписи («СТАРЫЙ НЕ ЗНАЧИТ МЕРТВЫЙ!», «СПАСИТЕ СТРАХОВАНИЕ ЗДОРОВЬЯ ПРЕСТАРЕЛЫХ», «Я КОНСЕРВАТОР, И Я ГОЛОСУЮ!»).
Они ели жареных цыплят и покупали лотерейные билеты в универсамах, где продают пиво, наживку для ловли рыбы, охотничьи патроны, журналы «Мотор тренд» и десять тысяч видов шоколадных батончиков. Если в городке, где они остановились, попадался бинго-холл, они большой группой отправлялись туда, занимали столы и играли до самого закрытия. Однажды Жадина Джи (в миру – Грета Мур) выиграла пятьсот долларов.
Она потом месяцами хвасталась этим, и хотя у всех членов Узла денег было больше чем достаточно, некоторых дам ее бахвальство безумно раздражало. Недоволен остался и Чарли Жетон. Он жаловался, что пять ходов просидел, дожидаясь нужного числа, а первой закрыла карточку все-таки Джи.
– Везучая ты сучка, Жадина, как я погляжу, – сказал он.
– А ты невезучий ублюдок, – не осталась в долгу та. – Невезучий черномазый ублюдок. – И фыркнула.
