Но я также предполагаю, что остался по меньшей мере один прескверный поступок, который тяжким грузом лежит у тебя на душе, потому что тебе чертовски стыдно рассказывать о нем. И уж поверь мне, ты в этом не одинок.
Дэн подумал: Мама.
Дэн подумал: Саха.
Он увидел красный бумажник и жалкую пачку продуктовых талонов, а еще – немного денег. Семьдесят долларов: достаточно, чтобы не просыхать дня четыре. Пять дней, если правильно распределять дозы, а закуску свести к минимуму. Он увидел деньги в своей руке, а потом – как эта рука кладет их в карман.
Он увидел малыша в футболке «Брейвз», с отвисшим подгузником.
Он подумал: Того мальчугана звали Томми.
Он подумал (не в первый и не в последний раз): Я никогда и никому об этом не расскажу.
– Дэнни? Ты и теперь не хочешь ничем со мной поделиться? Мне кажется, тебе есть чем. Я не знаю, как давно ты таскаешь на себе это треклятое бремя, но ты можешь сейчас разделить его со мной и выйти отсюда с чувством, что стал на сто фунтов легче. У тебя получится, я уверен.
Он вспомнил, как малыш потопал к своей маме
(Дини ее звали Дини)
и как в пьяном забытьи она обняла его и прижала к себе.
Они лежали лицом к лицу в столбе солнечного света, пробивавшегося сквозь грязное окно спальни.
– Нечего рассказывать, – сказал он.
– Облегчи душу, Дэн. Советую тебе это и как друг, и как наставник.
Дэн стойко выдержал прямой взгляд собеседника, но ничего не сказал.
Кейси вздохнул.
– Во время скольких встреч, в которых ты участвовал, кто-то открывал для себя простую истину, что нельзя исцелиться, пока остаются секреты? В сотне? В тысяче? Из всех правил, выведенных членами АА, это – старейшее.
Дэн молчал.
– Тайны есть у всех, – продолжал Кейси. – Однажды тебе придется открыть кому-то свою. А если ты этого не сделаешь, то рано или поздно окажешься за стойкой бара со стаканом в руке.
– Я вас понял, – сказал Дэн. – Теперь мы можем обсудить «Ред сокс»?
Кейси посмотрел на часы.
– В другой раз. Мне пора домой.
Ну конечно, подумал Дэн. К собачке и золотой рыбке.
– Хорошо. – Он успел перехватить счет. – В другой раз.
4Вернувшись к себе в башенку, Дэн долго смотрел на доску, прежде чем медленно стереть написанное на ней:
Они убивают мальчика-бейсболиста!
Когда доска снова стала чистой, он спросил:
– О каком мальчике идет речь?"
"Ответа не последовало.
– Абра? Ты все еще здесь?
Нет. Но она у него побывала; вернись он со своей не слишком приятной встречи с Кейси десятью минутами раньше, смог бы, вероятно, застать ее фантом.
