Какое-то время ему это удавалось, но затем он снова увидел Дини, лежащую на спине, красный бумажник из кожзаменителя, пачку талонов на еду и несколько жалких купюр (большую часть из которых он уже потратил). И мальчика, тянущего к порошку ручонку, похожую на морскую звезду. Голубые глаза. Синяки.
Саха, сказал он.
Мама, сказал он.
Дэн умел дозировать спиртное; так выпивки хватало на более долгий срок, блаженное состояние доставляло подлинное наслаждение, а утром меньше болела голова.
Но иногда в расчеты вкрадывались ошибки. И на старуху бывает проруха. Как в «Млечном Пути». Тогда это произошло скорее по недоразумению, однако нынешней ночью он совершенно сознательно прикончил бутылку в четыре больших глотка. Мозг был школьной доской. Выпивка – влажной тряпкой.
Он лег и завернулся в краденое одеяло. Ждал, когда разум помутится, и это произошло, но Томми пришел раньше. Футболка «Атланта брейвз». Обвисший подгузник. Голубые глаза, рука в синяках, пальчики, растопыренные лучами морской звезды.
Саха. Мама.
Я никогда и никому не расскажу об этом, пообещал он себе. Ни за что на свете. Ни одной живой душе.
Луна всходила над Уилмингтоном в штате Северная Каролина, а Дэн Торранс проваливался в забытье. Ему снилось что-то об «Оверлуке», но, проснувшись, он не вспомнит, что именно. Зато, придя в себя, вновь увидит голубые глаза, синяки, тянущуюся ручонку.
Ему удалось украдкой забрать из квартиры свой скудный скарб, и он двинулся на север, сначала в штат Нью-Йорк, потом в Массачусетс.
Прошло два года. Иногда он помогал людям. В основном – старикам. Он умел делать это. Бесчисленными пьяными ночами тот малыш почти никогда не приходил ему на ум, зато был первым, что вспоминалось утром с похмелья. Именно о нем он думал, когда давал себе очередной зарок бросить пить. Может быть, уже со следующей недели; в следующем месяце – наверняка. Маленький мальчик. Глаза. Рука. Пальцы как морская звездочка.
Саха.
Мама.
Часть первая
Абра
Глава 1
Добро пожаловать в игрушечный городок
1После Уилмингтона ежедневные попойки прекратились."
"Порой выдавалась неделя, а то и две кряду, когда он не потреблял ничего крепче диетической содовой. Он просыпался, не испытывая похмелья, и это было хорошо. Но он просыпался несчастный, желая приложиться к бутылке, а это было плохо. Затем однажды наступал вечер. Обычно выходного дня.
