Тот спорить не стал, нервно поднялся и, схватив какие-то бумаги, направился к выходу. Шерриан плюхнулся в его кресло и закинул ногу на ногу.
Едва за Алиусом захлопнулась дверь, я выдохнула.
— В свое время моему коллеге пришлось решать много проблем, которые доставляли маги с едва открывшимся даром. Из-за этого у него испортился характер, — пояснил менталист. — Ему только дай кого-то запечатать или упечь в темницу.
— Наверное, нейту Алиусу можно только посочувствовать.
Потому что счастливый и довольный жизнью человек не будет кидаться на каждого прямо с порога.
— Но меня вы можете не бояться и говорить открыто, — декан улыбнулся самой обворожительной из всех улыбок, от которой любая молоденькая девушка могла бы потерять голову. Но мне, слава богу, уже не восемнадцать, хоть нейт Шерриан об этом и не знает.
Он беззастенчиво достал из стола Алиуса припрятанную вазу с мармеладом и, подмигнув, спросил:
— Будете?
Ох, Алиус, оказывается, тот еще сладкоежка! Наверное, стресс заедает.
— Что именно вы хотите услышать?
Наверняка он ожидал, что я начну лепетать и смущаться, поэтому мой прохладный прагматичный тон его удивил, и улыбка сошла с лица.
— Все. С самого начала. Когда и при каких обстоятельствах проявился дар, как вы пытались его применять, что из этого вышло? Были ли у вас в роду маги, целители?
— Дело в том, что я мало что помню из своего прошлого, — начала, подбирая слова. — Кажется, память стала подводить меня после того, как я упала и ударилась головой. Но хорошо помню, что некоторое время помогала одному старому лекарю, он учил меня разбираться в болезнях и их лечении.
— Избирательная забывчивость? Какой интересный феномен, — нейт Шерриан наморщил лоб, а мне послышалась ирония в его словах. — Но вы продолжайте, продолжайте.
— Самое яркое воспоминание — это когда я увидела тонущего мальчика, того самого Лика. У меня получилось вернуть его к жизни, но не магией, а с помощью самых простых лекарских приемов.
Те страшные мгновения встали перед глазами, вернув в прошлое.
И я рассказала, как деревенские жители вызвали из города следователя, а тот, увидев во мне зачатки дара, наложил печать и отправил в столицу.
— Мой ментальный дар проявился, когда я пыталась успокоить плачущего ребенка. Это было очень странное ощущение, будто в груди зарождается тепло, а потом начинает течь по всему телу."
"Я поведала о нескольких случаях, когда у меня получилось применить дар, не забывая добавлять, что вреда я никому не причиняла.
