Доктора вызывали? (СИ)

Хотя я ведь так и не узнала, что его связывало с Яной.

Яна. Имя напомнило мне о другом имени.

В глазах опять стояло его радостное лицо и недоумение, когда я зашла в лифт. Ни растерянности, ни неловкости, ни неудобства, что я пришла не вовремя, не было. Такое ощущение, что он «забыл» о том, что был не один. И потом Яна. Точнее, ее слова. Я так и не поняла, что они могли значить. И ее потерянное лицо. Неужели что-то случилось с Алёнкой? Жаль, что я не смогу этого узнать. При воспоминании об этом ангелочке в горле все сжалось, и предательские слезы защипали глаза.

Вот как такое могло произойти, что за такой короткий промежуток времени, совершенно чужие люди стали такими небезразличными? И как же больно их терять! Да! Мне было больно! Потому что я привязалась к Алёне, восхищалась Яной и неравнодушна к Диме! Только вот сейчас до моих чувств совершенно никому нет дела! Они так и останутся вместе, а я…. А я уже не смогу жить так, как жила раньше. Хоть и говорят, что с каждой потерей можно смириться. Не с каждой.

Некоторые вырывают кусок сердца и забирают его навсегда.

Я включила в комнате свет. Даже не заметила, что до этого стояла в абсолютной темноте. Наверное, потому, что теперь я вижу реальность, а в темноте можно еще на что-то надеяться. Все стояло на своем месте. Те же вещи, предметы. Единственным, что изменилось в этой комнате, была я сама. Я не стала другой, просто по-другому стала смотреть на все, что раньше даже и не замечала. Словно обострились все чувства, обнажилась душа, которая ежилась от холода и дискомфорта, пыталась согреть саму себя.

Но ей не хватало, ни тепла, ни защиты.

Взгляд зацепился за детский рисунок на стене. Нет. Никакого желания сорвать его не возникло. Наоборот. Это была частичка того неподдельного счастья, которым он светился. Это не напоминание о том, что было, а картинка о чистой и светлой мечте маленькой Алёны, которая, как и все девочки на свете, мечтает о том, что где-то есть прекрасный волшебный принц, который сможет подарить крылья.

С большой опаской включила телефон.

Тут же посыпались оповещения о непринятых звонках, которых было довольно много. Если не считать пять пропущенных от мамы, то все остальные были от Димы. Дима с упрямой настойчивостью набирал мой номер. А потом звонки резко прекратились. И больше он не звонил. Острыми коготками царапнуло по душе, что сдался он очень быстро. А может, даже и к лучшему. Ведь дальнейшего разговора я просто не видела. Слушать оправдания? А за что? Ведь он ничего мне не обещал.