Да, я заметила их уже после того, как проводила менеджера из ритуального агентства, он приехал вечером, кажется, часов в восемь, потому что бригада забыла дать мне на подпись какие-то бумаги.
– То есть менеджер ушел, вы выпили неизвестное лекарство, вскоре заснули и, естественно, не слышали, что тут у вас происходило ночью. Валерия Юрьевна, вы уверены, что это был сотрудник похоронной фирмы?
– Он так представился.
– Документы, удостоверяющие его личность, вы видели? – уточнила я.
– Нет. Мне даже в голову не пришло их у него спросить! Он представился, и я его впустила.
– Может быть, тот человек был одет в форму с логотипом фирмы, которую представлял?
– Кажется, нет. Я точно не помню. Татьяна Александровна, зачем вы задаете мне все эти вопросы?
– У меня есть подозрения, что это был вовсе не менеджер ритуального агентства. Этот человек пришел, как говорится, на разведку. Увидел, что, кроме вас, в доме живых людей больше нет, и оставил на видном месте снотворное. И вы, проявив неосторожность, его выпили.
– Да как он посмел! – возмутилась Краснощекова. – Кто этот человек?
– Кто он, мы можем выяснить очень скоро, но нам понадобится ваша помощь, – и я аккуратно подвела разговор к необходимости сделать официальное заявление.
– Вы говорите во множественном числе. Кого еще вы имеете в виду? – насторожилась моя клиентка."
"– Мы – это я и мой знакомый сотрудник милиции. Дело в том, что по факту взяточничества в морге была проведена прокурорская проверка, которая, правда, не принесла результатов, поскольку драгоценности уже надежно спрятали.
И вы теперь знаете, где именно. Поскольку официальное расследование не закрыто, я начинаю за вас тревожиться. Вы промолчали об исчезновении тела вашего супруга, и прокуратура может расценить это как пособничество преступникам. Вам надо опередить события, понимаете?
– Пособничество преступникам?! Да что вы такое говорите?! Я – жертва! Татьяна Александровна, вы-то хоть это понимаете?
– Я понимаю, но тем не менее во избежание неприятностей рекомендую вам сделать официальное заявление.
– Как вы себе это представляете? Эта информация просочится в СМИ, наши родственники и знакомые узнают, что я их обманула. Нет-нет, я буду молчать.
– Этот вариант – не в вашу пользу.
– Мне надо подумать. О своем решении я сообщу вам завтра.
– Утром, – добавила я.
– Хорошо, завтра утром.
– И вы не будете больше принимать те сомнительные таблетки?
– Я постараюсь воздержаться от этого, – не слишком уверенно сказала Краснощекова.
