Долг чести

— Я обещаю, что не стану спускаться ниже пояса, но мне хотелось бы поласкать твою грудь.

Бьянка почувствовала, что краснеет, и прикрыла глаза.

— Ты хочешь, чтобы я разделась?

Ужас в ее голосе был неподдельным.

— Только до пояса, — повторил он. — Мы можем просто приспустить твое платье.

Бьянка судорожно сглотнула. Возбуждение в ней боролось со смущением.

— Мы можем выключить свет? — наконец, решившись, выпалила она.

Викензо разочарованно вздохнул.

— Можем, но при условии, что в следующий раз ты не будешь прятаться от меня.

— Хорошо, — поспешно согласилась девушка, все еще не решаясь поднять на него глаза.

Викензо отстранился от нее и погасил свет. Комнату окутала тьма и она едва могла рассмотреть его очертания на кровати. Муж придвинулся к ней и погладил ее руки, начиная от плеч и спускаясь к ладоням по всей длине. Его губы снова накрыли ее рот, втягивая в голодный поцелуй, который длился до тех пор, пока им не перестало хватать дыхания. Бьянка немного успокоилась, а Викензо начал спускаться поцелуями вниз, к пульсирующей жилке на шее.

У ее платья был широкий вырез лодочкой, так что он без труда смог стянуть его вниз, все еще целуя ее кожу, пока помогал ей освободить руки из рукавов и скатывал ткань под грудь, которая была облачена в бюстгальтер.

— Ненавижу эти штуки, — прорычал он, прикусывая ее кожу.

Бьянка застонала, снова запуская освободившиеся руки в его волосы. Он спустился ниже, нетерпеливо опуская ее бюстгальтер под грудь и накрывая ртом мягкую плоть сбоку.

Его пальцы обхватили тяжелые полушария груди, находя соски и потирая их. Бьянка вскрикнула от боли и зашипела.

— Они чувствительные, — с упреком сказала она.

— Прости, детка, — выдохнул он, накрывая один из сосков языком.

Девушка застонала от приятного ощущения. Она чувствовала, что стала совсем мокрой между ног, а когда он принялся облизывать и щелкать языком по ее соскам, там все начало пульсировать и эта пульсация только увеличилась, становясь болезненной, когда Викензо взял ее грудь в рот, нежно посасывая твердые до боли соски.

Она захныкала, изо всех сил цепляясь за него, но растущее возбуждение не находило выхода, делая ее только более жаждущей и больной.

— Нет, стой! — испуганно закричала она.

Он сразу же отстранился, обхватывая ладонями ее лицо.

— Что, милая?

— Не надо больше, — всхлипнула Бьянка. — Это уже слишком.

Он замер на несколько секунд, а потом отстранился.

— Ладно. Давай просто полежим.