Долг феникса

На пару секунд, не больше, потому что в следующий момент незнакомый низенький и округлый, прям как колобок, мужчина, стоящий перед шеренгами, возмущенно спросил:

— Очередной провинившийся представитель высокого рода?

И шеренги, вот прям все, кто был в них, слаженно застонали. Не поняла?!

— Садран, угомони своих птенцов, — зычно потребовал архмастер Дормио, и после его слов воцарилась мертвая тишина. Недобрая такая, мне явно не рады были, да что там, меня уже все и люто ненавидели.

А уж как я радовалась своей интуиции! Прямо словами не передать.

Влипла. Изверги!

— Знакомьтесь, леди Марьела тер Аргахарай тер Даррак, студент нулевой ступени. — Представил меня архмастер Дормио сразу и всем. И уже повернувшись ко мне, произнёс. — Марина, это архмастер Локбао, главный тренер по флайрболу. Всю неделю ты будешь выполнять его указания. Иди пока в шеренгу…

Рукой мне указали направление. Добрыми взгляды студентов не были.

А пока я шла, громко сообщили.

— Леди Марьела — не провинившаяся. Я возлагаю на нее особые надежды и уверен, что она могла бы стать отличной мишенью в будущем.

Я замерла на месте, решив, что ослышалась.

А потом, сообразив, что таки нет, резко развернулась к преподавателям и громко спросила:

— Вы с ума сошли?

И если мне сейчас тыкнут договором с академией, я превращусь в фурию. Я считаю, что такой вид спорта должен быть добровольным. Это нужно гореть, чтобы настолько над собой издеваться.

— Леди Марина… — архмастер Дормио явно не ожидал от меня ни такого вопроса, ни тем более такой реакции.

Я не скрывала своих эмоций, он четко видел злость в моем взгляде. И шла я к ним медленно покрываясь туманом. Вот вообще не выходило удержать магическую силу, я была в ярости. Хорошо, хоть хватило мозгов не из шеренги свои претензии предъявлять.

"Да, в их аристократичном кругу, выплескивать публично свои эмоции не принято. Как там Лейнард говорил, надо себя сдерживать, контролировать? Кстати, а ведь первый вопрос этого колобка был как раз о представителе высокого рода, который провинился… Почему? Тут, что никого другого подобными наказаниями не награждают? Только тех, кто родился и вырос в семье, занимающей первые пятнадцать мест в рейтинге?

— Я не желаю становиться мишенью.