Долг оплачен

— Водку нужно? — я вопросительно посмотрела на мужчину, стараясь, взгляд не опускать.

— Нет, не пью, — пробасил он.

Бабуля ретировалась. А я, взяв пластиковый тазик, стала стирать своё бельл. Уже согрелась, а трясти не перестало. Я поняла, что меня посетило липкое чувство смущения. И лицо горело вместе с ушами от стыда.

Глаз не поднимая, чтобы случайно нагого мужчину не увидеть, я шмыгнула со своим постиранным нижним бельём в предбанник и только там отдышалась. Прислонилась спиной к старой стене из бруса и переводила дух.

Прямо — ух! Захватило дух!

— Как из болота? — шёпотом спросила пришедшая с вещами бабуля, косясь на дверь в парилку.

— На катере решил срезать между двух рек, — по секрету отвечала я, натягивая сухое бельё и влезая в свои джинсы. — А там одно болото от ручья осталось.

— Не местный, — заключила бабушка. — Как же катер может перевернуться?

— Думаю, дно пробил и мотором зацепился, — пожала я плечами, надевая широкий свитер в полоску под цвет бабушкиной шапки.

Она сняла с седых волос шапочку и надела мне на волосы. Заботливо накинула на плечи серую ветровку.

Мы вышли из бани. Куртку я не застегнула, потому что согрелась, и было даже жарко. В кармане нащупала свой телефон и стала фотографировать яблоки на земле. То ли я фотограф не очень, то ли мой дешёвый телефон не обладал хорошей камерой, но яблоки вживую выглядели лучше, чем на фото. Я даже разочаровалась.

Неожиданно за моей спиной скрипнула дверь в баню, и я оглянулась.

Мужчина вышел из бани в широких дедовских штанах защитного цвета, что падали на узкие бёдра. С голым торсом он был похож на сатира. Именно такими мифических существ я себе представляла, дудки не хватало и копыт мохнатых.

Черноват для сатира, но в целом именно такое впечатление незнакомец произвёл с первого взгляда. По-южному смуглый. Копна иссиня-чёрных волос немного вилась. И светлые серо-зелёные глаза совсем не клеились с его общим образом, именно они делали его похожим на сатира или фавна.

Вкупе со странным, отчасти орлиным профилем незнакомец казался чужеземцем, и веяло от него другим континентом. Во мне метр шестьдесят семь роста, а в мужчине около ста девяноста. Имел он атлетическую фигуру, сильные волосатые руки и волосатую грудь, где красовался чёрный крест без распятия. На запястьях какие-то браслеты и часы.