Долг

Ты еще скажи, что я должен тебе артефакты вернуть и все забыть…

— Что?!!! Ты украл мои артефакты?!!! — глаза толстячка наполнились гневом.

— А то. И дом обнес и сад не пропустил, — ответил Алекс наслаждаясь возмущением Траболдона, однако тот все же взял себя в руки.

— Они… они все равно не сработали. И мы это позже обсудим. Но насчет команды Сумаха — это правда. Вместе с квази ты сможешь добраться до Зеранга.

— В чем твоя выгода? — прямо спросил землянин.

— Правительство пообещало крупную сумму тем, кто найдет стоящего дикого мастера.

— Ни за что не поверю, что тебя интересуют деньги.

— Если я приведу Эмиссара, да еще коснувшегося великой концепции пространства, то мне, возможно, разрешат завести личный великий артефакт, — нехотя ответил толстячок.

— А сейчас это нельзя?

— Нет. Когда-то отдельные префектуры и большие гильдии владели личными великими артефактами и даже заряжали их более подходящими Силами, но это разделило наше общество и Сумах чуть не захватили. Поэтому наши правители запретили отдельным квази и организациям единолично распоряжаться подобной ценностью.

— Ясно. А я-то думал, что у тебя его нет, потому как ты боишься, что артефакт украдут.

— Если бы мне позволили, я бы забрался в глубь планеты.

— И что великий артефакт дает квази? — полюбопытствовал Алекс.

— Гораздо более глубокий резонанс с силой. У нас, конечно, есть тренировочные залы, но там ты сидишь не рядом с артефактом. И не можешь его на себя настроить. Поэтому резонанс — слабее.

— А купить и переехать?

— Квази чувствуют себя в безопасности лишь на Сумахе, — скривился Траболдон.

Траболдон с надеждой посмотрел на землянина, но тот покачал головой.

— Спасибо за предложение, но нет. Давай лучше твою судьбу обсудим. Вынужден признать, что ты свою часть сделки выполнил, поэтому я оставлю тебя здесь, твой передатчик в ноге еще работает, нужно лишь его перезарядить и полагаю, что спасательная команда уже ищет тебя.

Не слушая возражения Траболдона, Алекс выкинул адепта наружу, развернул Аркон-1 и полетел прочь….

***

Пояс. Сумах. Опальный старейшина.

В зале высадки появилась высокая фигура. Глаза адепта покраснели от усталости, лицо осунулось, белоснежные волосы слиплись в большой ком, а он сам качался от усталости.