Долг

Тем не менее они успели открыть проход без сложных расчетов, без оборудования, без длительной подготовки. Хотя это — невероятно сложная задача! Даже для нас и Митточа! Знаешь ли ты, что приручители годами готовились к прорыву, все рассчитали заранее, а эти… справились за час. Потрясающая скорость! И все это под огнем твоих пушек… Хотел бы я, чтобы такие умелые специалисты работали на нас. Потому не смей их недооценивать. Из-за твоей нерасторопности, мы должны учитывать, что до Зеранга доберется еще один крупный отряд…

— Но недостойные…

— Хватит их так называть.

Просто заткнись и иди! — устало махнул лорд-командующий, он уже сбросил пар и не видел смысла спорить дальше — все равно не изменит мышление адепта перед собой. — Я снимаю тебя с дежурства, теперь за периметр отвечает генерал Цополь. Ты поступаешь в его распоряжение.

— Слушаюсь, лорд-командующий, — чуть обиженно кивнул Бальданс и быстро вышел из зала.

Варб проводил его взглядом.

«Ну, хоть субординацию знает и за языком следит.

Уже хорошо, а то такие кадры встречаются…»

Чем дольше Варб тут находился, тем лучше понимал главную проблему Лиги. Вот взять хотя бы Бальданса… генерал искренне не понимал, как недостойные могут добиться успеха там, где Лига — не смогла.

«Недостойными» часто называли всех выходцев из цивилизаций, что провалили Слияние или просто пока еще не прошли его до конца. Естественно, что подобных взглядов придерживались жители миров Лиги, которые считали себя выше остальных обитателей Кластера лишь на том основании, что их предки сумели доказать Вселенной свою полезность.

Идиоты!

По мнению лорда-командующего, это было просто глупое тщеславие. В самой крайней форме оно доходило до того, что проваливших Слияние разумных, называли скверной и требовали немедленно уничтожить. При этом в истории Ваантана имелись многочисленные примеры того, что происходит со стабильными мирами, решившими заняться геноцидом соседей. Но высокомерие есть высокомерие.

Оно как-то очень странно влияет на логику.

Что интересно, подобные заблуждения сохранялись даже когда мир переставал быть стабильным. Подобные адепты напоминали разорившихся аристократов, что вынуждены ютиться в лачугах, но не забывали при случае напомнить о своем славном прошлом.

Так что взгляды Бальданса на диких мастеров можно было назвать умеренными. Генерал просто не считал их равными себе, хотя прожил на свете почти три сотни лет.