Долг платежом красен

Я махнул рукой, и, как мы и договаривались, одна из девчонок выстрелила в круг, нарисованный на колонне, стоящей рядом со входом, а соответственно, и возле нас. «Гости» слегка вздрогнули, услышав щелчок, обернулись и уважительно замолчали, увидев болт, торчащий в центре нарисованного круга. Затем старший криво ухмыльнулся и хмыкнул:

— Неплохая подготовка, и команда неслабая. Ладно, мы уходим."

"Арни моментально опустил клинок и отступил в сторону, а мужики развернулись и вышли из зала. Девочки на балконе присели, и их снова стало не видно за перилами и в полутьме.

Команда в зале, воткнув посохи в корзины с песком, разошлась по своим делам — кто за пивом для клиентов, кто за едой. Арни опустился на свое место недалеко от входа, а я вернулся за свой столик. Те из парней, чья очередь была играть, взялись за музыкальные инструменты, и в зале снова зазвучала тихая музыка.

С моего места было видно мужика, из-за которого все произошло. Лицо его скрывала тень от низко надвинутой шляпы, он ее так и не снял. Несмотря на слабое освещение в этом углу, было видно, что одежда на нем явно не дешевая, да и манеры посетителя говорили о высоком происхождении.

Интересно, какие дела у него могут быть с бандой? Я махнул одной из наших девочек, указывая на мужчину:

— Прими заказ.

В это время опять распахнулась дверь трактира, и в зал вошло четверо молодых людей, которых называют «золотая молодежь». Та-ак. Глядя на их морды, можно честно сказать, что сегодня явно не наш день. Ко мне подошел Рон и сообщил, что недалеко от трактира остановилась группа стражников во главе с капитаном и чего-то ждут.

Ну чего они ждут, я уже догадался. Похоже, вошедшая компашка будет нарываться на скандал, а капитан — это, так сказать, завершающая сцена в предстоящем выжимании денег.

Мы просчитали такой вариант заранее, и на такой случай моей команде было категорически приказано и близко не подходить к «гостям». Тяжело вздохнув, я поднялся, подхватил посох и пошел к пришедшим придуркам. Вели они себя вызывающе, развалились на стульях, громко ржали, несли какую-то фигню по поводу интерьера трапезной и трактира в целом.

Когда я подошел, потребовали, чтобы их обслуживал сам хозяин этой «конюшни». Постояв какое-то время рядом и дождавшись паузы, я спросил:

— Жрать будете или как?

От возмущения их морды перекосило.

— Да как ты смеешь, пугало огородное, грубить господам! — чуть не захлебнулся самый шумный и наиболее пестро одетый из них.

— Мне надоело выслушивать ваш словесный понос.