- Илья тоже там? – еле стоя на ногах, держась за стол, опешил Стас.
- Да, его осматривают врачи.
- Я еду, пусть никуда его без меня не увозят, - проговорил Стас и не дожидаясь ответа, бросил трубку, схватил пиджак и помчался вниз, на ходу крикнув Верочке, чтобы машину подавали к выходу."
"Никогда в жизни Стас не чувствовал себя настолько беспомощным. Еще вчера он ощущал себя неуязвимым хозяином жизни, и вот сегодня он уже лишь мелкая пешка, которая не в силах изменить судьбу. Бесспорно, он не любил Катю, но он чувствовал себя ответственным за нее.
Он старался не обижать ее и мириться с ее пристрастием к алкоголю. Несколько раз он пытался ее лечить, но не наши, не заграничные клиники не дали никакого результата. Он не любил жену, но переживал за нее, все-таки они прожили в браке двенадцать лет… И как же сын вырастет без матери, ведь какая бы она не была, она любила малыша и он обожал маму… Мысли путались в голове у Стаса, пока его джип мчал к месту аварии. Его пропустили через оцепление. Первым делом он подбежал к сыну и крепко прижал к себе, так крепко, как никогда в жизни.
Стас держал его как самое ценное во всем мире, осматривал, цел ли он и целовал в бледные щеки, не замечая, что находится под прицелом видеокамеры. Через несколько минут, он смог опустить сына на ноги и попросив медсестру присмотреть за ним, подошел к машине, в которую погрузили Катю.
- Можно я увижу ее, - попросил Стас и ему не посмели отказать.
Стас поднялся в машину, где на носилках лежало тело, прикрытое белой простыней, на которой уже багровели кровавые круги.
Стас присел на колени и никак не мог решиться приоткрыть простынь. Собравшись с духом, он приподнял кончик простыни и тут же опустил назад, затем глубоко выдохнул и откинул всю простыню. Катя лежала, словно уснула, и только правая сторона головы была залита тонкой струйкой крови. Стас взял ее маленькую, холодную руку в свою огромную ладонь и слезы, которые он так сдерживал, все-таки покатились из глаз.
- Бедная моя девочка, прости, что не захотел сделать тебя счастливой, что не отпустил тебя… Я очень виноват перед тобой, - говорил Стас, словно Катя могла его услышать, и сейчас он ловил себя на мысли, что останься она жива, он сделал бы все, чтобы Катя стала счастлива, - Бедная моя девочка, - повторял Стас, целуя ее холодную руку.
* * *Костя с детьми ушел на елку, а Ольга под фон телевизора мыла пол в гостиной. Она и не особо вслушивалась в то, что там говорят, пока не услышала фамилию «Гаврилов».
