Воздух с хрипом выходил из моих легких, и вскоре хрипы перешли в ничем не сдерживаемые рыдания.
Первый раз в жизни я так больно получила по носу от судьбы. За что, почему? Я не знала.
-Сукин сын,- простонала я, продолжая рыдать,- сволочь.
Слез хватило минут на пятнадцать, потом проснулась ничем не контролируемая злость. Захотелось вернуться обратно в бар и продолжить разборки. Мне стало стыдно за себя, за то, что я как овца стояла перед ними и ничего вразумительного не могла сказать. Надо было заехать по Сашиной холеной физиономии, вырвать половину золотых кудрей его девице, потом перевернуть им стол и с гордым видом удалить прочь.
А я... Я повела себя как маленький, беззащитный ребенок, которого пренебрежительно отправили домой, даже не соизволив поговорить, или хотя бы извиниться.
Хромову было не стыдно за свое поведение, он жил как хотел. Его только раздосадовало мое появление в разгар свидания. Вот и все.
Где в глубине души я все-таки надеялась, что сейчас он выбежит из бара, ко мне, что ему не все равно на мои страдания.
Но этого не произошло. Он выбрал не меня. Опять. Он выбрал эту шикарную блондинку, как до этого выбирал свои важные дела. Хотя, может и не было никаких дел, может всегда была только она, а все проблемы с работой только служили для Саши прикрытием. Я верила ему, наивно, глупо, беззаветно. А он, он вытер об меня ноги и даже не обратил на это никакого внимания.
Мдя, воспоминания не из приятных. Я затянула с уборкой и теперь собиралась ехать в аптеку за пилюлями, не смотря на то, что на улице уже было совсем темно.
Помню, в тот злополучный вечер я просидела на парковке не менее часа, но Александр так и не вышел ко мне. Потом я позвонила Вике и сказала, что на пару дней уезжаю в деревню. Подруга сразу поняла, что случилось что-то из ряда вон, и предложила свою компанию, но я отказалась. Хотелось побыть одной.
До деревни, а точнее маленького провинциального городка было примерно тридцать километров, но я их даже не заметила, выжимая максимум скорости из машины.
Мы с Викой за копейки купили там древнюю развалюшку, которую иногда использовали для отдыха, а чаще как прибежище, если вдруг возникала напряженность в работе №2. Это был наш маленький секрет, про который мы никому не говорили. Покосившаяся домушка в заречной части города, недалеко от реки, на другом берегу которой стояла красивая колокольня, ставшая символом этого захолустного городка.
Эх, помню, я и наревелась за те два дня, что провела в деревушке.
